В этой книге ты окажешься в потрясающей ситуации: бесправной рабыне, которую превратили из юриста в бесправную собственность могущественного дракона. Страх и нервное напряжение переполняют тебя, когда понимаешь, что бежать тебе некуда — только одна застекленная комната со склоняющимся над тобой драконом....
— А помыть тебя? А одеть как следует?
— Да зачем меня мыть?!
— Матушка Велка тебе все и расскажет, она лучше меня разбирается.
Все, кроме животрепещущего «все расскажет», я пропустила мимо ушей. Позволила подвести себя к избушке — вход обнаружился со стороны леса.
— А курьих ножек не прилагается? — нервно засмеялась я и под непонимающим взглядом Илинки прикусила язык.
Избушка встретила нас свечным светом, висящими под потолком пучками трав и дымом, который курился от столбиков сухой травы, стоящих на столе в глиняных горшках.
Вот же… Это ее рук дело, точно! Попадись она мне!
Засужу! Вот с этого места мне не сойти — засужу! И моральный ущерб взыщу, и упущенную выгоду, и за унижение чести и достоинства привлеку!
Но… это в своем мире я была уважаемым адвокатом, самостоятельной женщиной, которая сама могла решать свою судьбу, могла за себя постоять хоть через суд, хоть благодаря деньгам или связям.
Здесь же… Я сглотнула образовавшийся в горле комок.
Ничего. Один раз я уже добилась всего сама — смогу еще раз. И никакой дракон мне не помешает.
Матушка Велка на гадалку из моего мира похожа совсем не была. Тяжелая, с покрытым морщинами лицом и прозрачными зелеными глазами, с седыми волосами и в такой же, как у Илинки, домотканой одежде. Она заявила, что мне нужно вымыться и причесать волосы, переодеться… В общем, странно, что не упомянула бритье ног.
И я твердо решила, что надо бежать. Хоть в лес, хоть в соседнюю деревню, Хуши, или как там ее.
Пока я оглядывала избу и продумывала план побега, мне выдали белую рубаху и сказали полезать в лохань, куда три девицы уже натаскали горячей воды. Я уже собиралась возразить, но матушка Велка неожиданно завела странную рифмованную то ли басню, то ли балладу, то ли — понятия не имею, как это называется, но в начале там упоминались Огненный и драконы.
Я притихла, пытаясь прорваться через нагромождение слов и уловить смысл.
Огненный, как я правильно догадалась, был кем-то вроде местного божества — собственно, его идол, деревянная фигурка, объятая пламенем, стоял в углу. Из невнятного речитатива матушки Велки я поняла, что много лет назад люди жили плохо: без домов, без огня, без защиты от диких зверей и без прочих благ цивилизации (эх, знали бы они, на что эта цивилизация способна!).
