Поезд древний и скрипучий, составлен из разнородных вагонов — от общих до плацкартных. Колеса бодро хлопочут по путям, ускоряясь с каждым километром. Вокруг лишь безымянный полустанок и бесконечная серость степной простор, наполняя атмосферу тихой тревогой.
Одежда странная, словно найденная на помойке и нанизанная в несколько слоев, рваные башмаки, дырявая кепка. Физиономия заросла рыжеватой бородой, страх блестел в воспаленных глазах. Он не рассчитывал, что его засекут – и был очень взволнован.
От существа не исходило никакой опасности. Алексей тоже застыл, держал незнакомца на прицеле. Текли секунды, происходило что-то странное. Включилась память: здесь иногда попадаются бродяги: то ли немцы, сбежавшие из плена, то ли бывшие политические. Обитают в лесах, дичают, они безвредны… Один из упомянутых товарищей?
Они пристально таращились друг на друга, бродяга сделал глотательное движение, облизнул пересохшие губы под гущей свалянных волос.
Алексей приглушенно чертыхнулся. Ей-богу, он чуть не выстрелил дикарю в спину, но сдержался. Сомкнулись ветки, усыпанные глянцевой листвой, донеслось сиплое дыхание, хрустнули ветки под ногами.
«Ты похож на идиота», – мелькнула обескураживающая мысль.
– Алексей Макарович, вы идете? – донеслось с опушки.
Он глухо выругался, заспешил к опушке, а выходя из леса, сделал вид, что застегивает штаны – мол, приспичило, оттого и задержка. Странное чувство настойчиво твердило, что не надо говорить о случившемся…
Глава четвертая
– Наслышан о вашем незапланированном боестолкновении, – проворчал начальник милиции майор Черепанов. – Уже что-то, вы хоть как-то, но зацепили банду. Жалко, что закончилось ничем, но все живы, и эти упыри теперь знают, что милиция работает… Ты что устроил на заводе, капитан? Мне уже поступают жалобы.
– А что я устроил на заводе? – удивился Алексей. – Указал директору и секретарю парткома на выявленные недостатки в их деятельности, благодаря чему мы имеем еще четыре трупа? Банковские тоже виноваты, Виктор Андреевич, им бы я также указал, но трупы на критику не реагируют.
– Да, возможно, ты прав, – поморщился майор. – И все же полегче. Не забывай, что это руководство с партбилетами и надо с ними уважительнее, что ли.
