В начале сентября 1916 года пехотный батальон нашел укрытие в сосновом лесу. Недалеко от него раздаются слухи о скорой новой атаке, предсказанной как победная. Молодой командир чувствует на себе всеобщий взгляд и знает, что каждый выживший будет ценен для его войска.
— Если все понятно, позвольте мне вот о чем. — Он кашлянул, приосанился и продолжал: — Приамурское правительство уполномочило меня быть в вашем отряде своего рода политическим руководителем, идеологическим лоцманом, что ли. Поскольку обстановка в Якутии, куда мы станем двигаться, серьезная, а я много лет провел среди якутов и хорошо знаю этот народ, — то выбор правительства пал на меня, — он снова замолчал, оглядывая офицеров.
— Мне кажется, это дело правительства — кого назначать политическим руководителем, — вставил слово генерал Яблонский. — Наше дело военное. Бить врага, освобождать территории…
— Совершенно с вами согласен, Евгений Карлович, — поддакнул Куликовский. — Никто и не отнимает у вас военных лавров. Но чтобы они были заслуженными (он сделал ударение на этом слове), политическое руководство отрядом будет, поверьте мне, отнюдь не лишним.
Куликовский знал, что Яблонский был штабистом и никогда не командовал даже полком, а потому постарался выразиться как можно мягче, но в то же время раз и навсегда расставить акценты, предписанные ему правительством Меркуловых. Яблонский сконфуженно промолчал и опустил глаза.
— Теперь и нам предлагают сыграть в эти политические эсеровские игры, — еле слышно пробурчал Лаук.
В штабе повисла гнетущая тишина. Первым разрядил атмосферу полковник Худолей."
"— Одним словом, господа, ничего закулисного я тут не усматриваю, — громко начал он. — Мы станем наступать, а господин Куликовский будет объяснять нам политический момент, анализировать политическую дислокацию идей и течений, бродящих в головах этого талантливого и своеобразного народа.
— Совершенно верно, господин полковник, как раз в точку. В военные дела я вмешиваться не стану. Но вот в делах политико-стратегических, смею так выразиться, прошу ко мне прислушиваться и доверять моему опыту.
