Автор
В этом проникновенном дневнике описывается беда, как она обрушилась на маленькое семейство. Карим — ребенок от второй жены, которого люди раньше воспринимали с юмором и добродушием, теперь исключительно критикуют и унижают. Мама Карима в истерике пытается выяснить за что их обоих наказывают боги. Взгляд на семейные злоключения дает читателю глубокое понимание боли и изоляции, котоrая гложет каждого из них....
Что она такое говорит? Какая еще невеста?"
"И тут раздаются знакомые шаги, которые забивают мою надежду мне в горло, его внезапно перехватывает тугим спазмом. Прикрываю глаза, а затем собираюсь с духом и поворачиваю голову, чтобы взглянуть на возлюбленного.
Он плохо выглядит… Такой же измученный, растерянный, но гордый. И пусть лицо его искажено мукой, но оттого мне так сильно хочется по привычке протянуть руку и погладить его по лбу, разглаживая морщинки. Мой Тагир…
Луна моего сердца…
Солнце моей души…
— Ты не должна общаться с прокаженными, Наиля, — вдруг звучит некогда самый родной голос.
Вздрагиваю, словно мне залепили хлесткую пощечину. Никогда он не мог унизить меня сильнее. И мне бы сейчас ненавидеть его за то, что он собственными руками лишил меня брата, но… Глупое девичье сердце ищет оправдания… Ведь мой Тагир и мухи не обидит, всё это гнусная ложь…
— Тагир… — шепчу, глядя на него с мольбой.
Хочу, чтобы он опровергнул ходящие слухи, но… Он лишь кидает на меня мимолетный, ничего не значащий взгляд, словно я никто, пустое место, недостойное даже ничтожного внимания Тагира Юсупова.
— Прости, — двигает бесшумно губами подруга и… Отворачивается…
Я задыхаюсь от агонии, а затем мне прилетает чем-то по голове. Ноги подкашиваются, я падаю на пыльную землю. Слышу хохот мальчишек, но меня это не трогает так, как безразличие Тагира…
И после меня еще долгие годы будет преследовать это видение… Как Тагир, нарушая приличия, берет за талию Наилю и уводит ее от меня, ни разу не обернувшись, не удосужившись помочь мне подняться.
— О Аллах, девочка моя, пойдем, — загораживает мне обзор тетя Зулиха, тянет на себя.
Трогаю ладонью голову, подношу пальцы к лицу и вижу на них красные пятна.
— Ты в порядке, цыпленочек? — заботливо трогает мое лицо родственница.
Я же заторможенно поднимаюсь, не без ее помощи, но боль усиливается, заставляя меня морщиться. Горько усмехаюсь… Разве можно быть в порядке, когда мужчина, обещавший всегда меня защищать и любить, предал нас, поверил в гнусную ложь о моем брате и лишил нашу семью всего… Сына, брата, крова, репутации… И надежды…
Глава 1
8 лет спустя
Весь офис гудит с самого утра.
— Слышала, что главный заму сказал? — наклоняется и говорит мне шепотом соседка по рабочему месту Рената.
— Насчет? — хмурюсь, вяло помешивая ложкой сахар в чае.
