Автор
Молодая женщина, выдающая себя за сестру Христову, оказывается загадкой для Робина Фицвитри, графа Хантерсдауна. Он должен раскрыть тайну этой таинственной особы, которая ищет своего отца, разворачиваясь в любовные приключения и опасные события.
Похоже, «Тайна леди» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Этим и объясняется его поведение.
– Вы были бы не против, окажись одна из ваших сестер незаконнорожденной?
– Я определенно не заставил бы ее стать шлюхой моего друга.
– Вы забыли о моей глупости. У Чезаре были основания полагать, что я сама желаю Лудо.
Робин покачал головой:
– Итак, вы скрылись в монастыре, но потом ваша матушка заболела. Она, должно быть, все еще была молодой.
– Да, но почему-то стала слабеть и заболела. Однако она была полна решимости защитить меня, и разработала свой план.
– Путешествие в Англию? Зачем? – удивился Робин. – Неужели не было убежища поближе к дому? Родственников, которые могли бы вас поддержать?
– Никого, кто мог бы противостоять Чезаре. Он тоже трудный человек. А моя мать всегда была чужой для них.
– А ее родственники?
– Они австрийцы. Мой отец, граф, женился на моей матери, чтобы получить благоволение австрийского двора, но времена изменились. У ее семьи свои проблемы, и они практически не знают меня. Мать не доверяла им.
– И кому поручила заботиться о вас? Вашему настоящему отцу? Ребусу?
– Правильно. Но почему тогда он не помогает вам в пути? – Петра промолчала, и Робин продолжил: – Он ведь знает о вашем существовании, не так ли? – Снова молчание, Робин покачал головой: – Моя драгоценная Петра, я действительно понадоблюсь вам.
– Нет! Вы должны понять. Мой отец – граф – никогда не позволил бы матери общаться с ним, но она и не пыталась. Она знала, что для него это мимолетное увлечение. Он был моложе ее, путешествовал по Италии, завершая образование, как и прочие молодые английские джентльмены. Мать считала, что у отца были любовницы, которых он менял как перчатки. Она говорила, что отец был необычайно красив и жизнь била в нем ключом. Что он был нежным и добрым. Так странно было слышать эти слова от нее.
– Однажды мы все бываем молоды, – заметил Робин.
– Но все ли мы позволяем красоте довести нас до гибели? Я имею в виду Лудовико, – быстро проговорила она, хотя на самом деле думала о Робине Бончерче с его ореолом сияющих волос и сапфировыми глазами.
– Но почему не связаться с ним, когда план только задумывался?
– У нас было немного времени, и мы боялись, что за нами следят. Если бы письмо перехватили, Чезаре слишком многое узнал бы.
– Так он не знает, кто ваш отец?
– Матушка сказала об этом только мне.
Робин взял пирожное и поднес к ее губам:
– Ешьте. Не пропадать же добру.
Петра взяла пирожное, но есть не стала, только лизнула немного крема. Он хмыкнул.
– Сделайте так еще раз.
