В полном залпе я очутился в ателье на Кузнецком мосту, там встретил бледного и напуганного Левана — своего давнего друга-портниха. Я спросил у него что произошло, и он начал рассказывать о том, как кто-то забрал Владислава Антоновича, а затем я заперся с ним в мастерскую, чтобы никто не услышал наших секретов....
Из наших, из староверов. Народ надежный.
— Вот и славно, — кивнул я. — Начинайте поиск. Как только я решу все дела, мы обсудим отправку.
Я покинул контору Кокорева с чувством глубокого удовлетворения. Еще один механизм был запущен. Моя сибирская империя начинала обрастать не только шахтами и заводами, но и пашнями. И людьми. Своими людьми.
Наследующее утро мне прямо в номер принесли телеграмму из Петербурга.
«МОСКВА ГОСТИНИЦА ЛОСКУТНАЯ ГОСПОДИНУ ТАРАНОВСКОМУ ТЧК ВОПРОС ОБ УЧРЕЖДЕНИИ ОБЩЕСТВА СИБИРСКОЕ ЗОЛОТО ВНЕСЕН НА ЗАСЕДАНИЕ СИБИРСКОГО КОМИТЕТА ТЧК СЛУШАНИЯ НАЗНАЧЕНЫ ЧЕРЕЗ ДВА ДНЯ ТЧК ВАШЕ ЛИЧНОЕ ПРИСУТСТВИЕ КРАЙНЕ ЖЕЛАТЕЛЬНО ТЧК ПОВЕРЕННЫЙ АЙЗЕНПЛЯТТ»
Два дня.
В Петербург я прибыл на следующий день, усталый, но полный холодной решимости. Изя, которого я решил больше не отпускать далеко, был со мной, как и охрана. Они направились в гостиницу, а я прямо в особняк графа Неклюдова.
Граф принял меня немедленно, и по его серьезному лицу я понял, что он уже в курсе событий.
— Это будет непросто, мой друг, — сказал он без предисловий, наливая мне бокал вина. — Заседание — лишь формальность. Все решается заранее в кулуарах. И вам будут противостоять очень могущественные силы.
Он уселся в кресло напротив и начал обрисовывать мне политический ландшафт предстоящей битвы. Это был не просто совет. Это был брифинг разведчика перед высадкой во вражеский тыл.
— Во-первых, — начал Неклюдов, — у Комитета сейчас нет официального председателя. Это создает пустоту и усиливает роль «серого кардинала» — управляющего делами Владимира Петровича Буткова.
— Понимаю, — кивнул я. — Кто еще будет решать?"
"— Ваш главный козырь, — продолжил граф, — это, конечно, великий князь Константин Николаевич. Его слово и поддержка могут перевесить все остальное. Он лидер партии реформ, жаждет развивать страну.
Неклюдов загнул палец.
— Петр Александрович Валуев, министр внутренних дел. Умный, осторожный, прагматичный. Его главный страх — потеря контроля. Он будет видеть в вашем проекте угрозу на диких окраинах, рассадник бандитизма и крестьянских волнений. Он будет вашим главным оппонентом.
Он загнул второй палец.
— Михаил Христофорович Рейтерн, министр финансов. Ключевая фигура.
