В полном залпе я очутился в ателье на Кузнецком мосту, там встретил бледного и напуганного Левана — своего давнего друга-портниха. Я спросил у него что произошло, и он начал рассказывать о том, как кто-то забрал Владислава Антоновича, а затем я заперся с ним в мастерскую, чтобы никто не услышал наших секретов....
— Мне не нужны твои деньги, Хвостов, — с омерзением сказал я. — Ты мне нужен живой.
Я повернулся к Мышляеву.
— Присмотрите за ним до утра. И за его… гостями. Чтобы никто из них не наложил на себя руки. Утром у нас будет еще один визит.
На рассвете, когда морозный воздух еще колол щеки, по улицам Тобольска двигалась странная процессия. Впереди шагал я, за мной — Рекунов и Мышляев. Посредине, понурив головы, брели семеро ночных нападавших, а замыкал шествие бледный, трясущийся Хвостов.
Мы подошли к серому казенному зданию околотка.
— Эй, вы куда это всей гурьбой? Не положено!
— Мне нужно к вашему начальству, — холодно бросил я.
— Начальство спит, — нагло ответил он. — Приходите в приемные часы.
Я не стал с ним спорить. Просто кивнул Рекунову. Тот шагнул вперед, взял урядника за грудки, приподнял над землей и встряхнул, как пыльный мешок.
— Начальство, — повторил я, глядя в его испуганные глаза, — немедленно!
Через пять минут мы стояли в кабинете местного пристава, к которому уже успели подтянуться вызванные из домов губернский прокурор и жандармский штаб-офицер.
— Господин Тарановский, что означает это самоуправство? — начал прокурор.
И тут я взорвался. Весь холодный гнев, что я сдерживал, вырвался наружу.
— Самоуправство⁈ — прорычал я так, что они вздрогнули. — Я выполняю вашу работу, господа! Вчера губернатор Деспот-Зенович лично приказал вам начать расследование! И что вы сделали? Ничего! Вы сладко спали в своих постелях, пока этот ублюдок, — я ткнул пальцем в Хвостова, — посылал ко мне убийц!
Я шагнул к жандармскому офицеру.
— Вы знаете, кто такой князь Долгоруков? Начальник Третьего отделения? Я имею честь быть с ним лично знакомым. И я напишу ему сегодня же! Напишу о том, как в Тобольске обстоят дела с правосудием! О том, что жизнь человека, находящегося здесь по личному поручению великого князя, не стоит и ломаного гроша, потому что местные власти погрязли в лени и коррупции!
При упоминании имен великого князя и Долгорукова лица чиновников вытянулись.
— Ваше благородие… господин Тарановский… не нужно… — залепетал прокурор. — Мы все сделаем! Немедленно!
— Мы разберемся… — поддакнул жандарм.
Я обвел их тяжелым, презрительным взглядом. Они были напуганы. Они были готовы на все.
