В темной комнате костянсского переулка стоял старинный камин. Вдруг из него блеснуло и послышалось уханье — пятеро друзей замерли в испуге, но Олег уверил, что это просто ветер. Однако светилось что-то невидимое, заставив их дрожать от неясной тревоги.
Тема чувствовал какой-то подвох, однако снова прочел:
— Погиб поэт. Заложник чести.
— Значит, «заложник», — вновь прервал чтение учитель.
Толстые его щеки начали заметно краснеть. Затем покраснела и лысина.
— Говоришь, «заложник»? — повысил он голос. — Великий поэт России погиб. Другой великий поэт России создал по поводу его смерти бессмертное произведение, а для тебя, Мартынов,
Пушкин — заложник! Совсем одурели! — вдруг треснул изо всех сил кулаком по столу Роман Иванович. — Только одни похищения и заложников знают! Им только компьютеры и видео подавай.
— Просто я перепутал, — вспомнилось Темычу, что у Лермонтова и впрямь поэт назван не «заложником», а «невольником чести». — Кстати, Роман Иванович. Я однажды подумал: если бы у Пушкина или у Лермонтова был телевизор хороший или видак, они, может, и на дуэлях бы драться не стали.
— Это еще почему? — оторопел старый учитель.
— Ну, посмотрели бы передачу какую-нибудь классную, и веселей бы им стало, — обосновал свою точку зрения Тема. — А если они бы еще на компьютере могли поиграть… — добавил мечтательно мальчик.
— Ты, Мартынов, вообще пустышкин! — взревел оскорбленно Роман Иванович. — Для подобных тебе различная электронная техника, видимо, выше культуры!
— Теперь все. Завелся. Больше уже никого сегодня не спросит, — шепнул с удовлетворенным видом Олегу Женька, который тоже не слишком-то твердо знал текст стихов Лермонтова.
Роман Иванович продолжал тем временем очень громко вещать. Теперь он от частного случая с Темой перешел к широкому обобщению и противопоставлял свету знаний тупость и необразованность в целом восьмого «В».
— Такие, как ты, нас лишают безвременно гениев. И фамилия у тебя подходящая, кстати. Лермонтов тоже погиб от руки Мартынова. Надеюсь, ты вовремя вывод сделаешь.
Тут наконец раздался звонок. Пообещав Теме, что вновь его послезавтра спросит, учитель покинул класс.
— Вечно мне все неприятности достаются, — принялся ворчать Тема, когда они с друзьями вышли наконец в коридор.
— Зато весь класс выручил, — засмеялся Женька. — Ничего. Сейчас отсидим два урока, потом развеемся.
— Да, — кивнул головой Олег. — Надо постараться в наш дом пораньше сегодня попасть. У меня этот тип, который вошел и исчез, прямо из головы не выходит.
— Главное, непонятно, куда он делся, — пожала плечами Таня.
— Ну, если он привидением был, ему черный ход не нужен, — сказал Женька.
