Автор
В весеннем Лондоне 1825 года, в Плейнсворт-Хаусе, где шло столько же времени, сколько он пробыл один наедине с собой, Ричард Кенуорти, обладая приличным состоянием но без жены, изучал свою тайну. Этот роман о том, как мужчина-господин должен быть полон любви и надежды на свадьбу....
– Положил ей руки на плечи и наклонился…
Чтобы поцеловать! Айрис затаила дыхание, закрыла глаза и подняла лицо навстречу ему. Она желала этого. Желала, чтобы эти губы завладели ее губами, чтобы кончик его горячего языка коснулся уголков ее рта.
– Ричард! – прошептала она.
Его губы коснулись ее лба. Любящие так не целуют.
Испытывая унижение, Айрис повернулась лицом к стене, потом к окну, лишь бы не видеть мужа.
– Айрис…
– Пожалуйста, – выдохнула она. – Просто уйдите.
Ричард молчал и не уходил.
Обхватив себя руками, Айрис мысленно попросила Кенуорти подчиниться.
Ричард так и сделал. Она услышала, как он повернулся, услышала глухой звук его шагов по ковру. Она добилась того, что хотела, но это было не главное. Айрис нужно было понять его. Узнать, почему он так поступает.
Айрис резко обернулась."
"Он остановился, уже взявшись за ручку двери.
– Почему? – потерянно спросила она. – Почему?
Ричард так и остался стоять лицом к двери.
– И не делайте вид, что не слышите меня.
– Я и не делаю, – тихо ответил он.
– Тогда не делайте вид, что не понимаете, о чем я говорю.
Айрис смотрела на его спину, которая, казалось, выпрямилась еще больше. Рука, лежавшая на ручке двери, напомнила ей когтистую лапу. Если бы у нее было чуть больше здравого смысла, она не стала бы давить на него. Но Айрис надоело быть здравомыслящей, поэтому она выразилась напрямик:
– Вы выбрали меня. Из всех в Лондоне вы выбрали меня.
Несколько секунд Кенуорти стоял неподвижно. Потом аккуратно прикрыл дверь и повернулся к ней лицом.
– Ваша репутация оказалась под угрозой.
– Мы оба знаем, что это неправда.
– Значит, вы несчастны?
– Нет, – ответила Айрис. При этом она не кривила душой. – Но мне нужна правда.
– Правда… – повторил Ричард. Его голос прозвучал глухо и пусто.
Айрис отвернулась. Ей было трудно набраться решимости, глядя на мужа.
– Зачем вы женились на мне? – выговорила Айрис наконец.
– Я скомпрометировал вас.
– Уже после того как практически сделали предложение, – взвилась Айрис, удивляясь собственной раздражительности.
Когда Ричард заговорил, он уже полностью владел собой.
– Большинство женщин относятся к предложению руки и сердца как к чему-то очень хорошему.
– Вы хотите сказать, что я должна считать себя счастливой женщиной.
– Я этого не говорил.
– Зачем вы женились на мне? – требовательно спросила она.
– Я хотел жениться на вас, – пожал он плечами. – Вы ответили согласием.
– У меня не было выбора! – выкрикнула Айрис.
