Неужели она настолько эгоистична или до такой степени уязвлена, что отказывается даже обдумать его предложение.
Айрис отступила на шаг. Ей стало бесконечно грустно.
– Вам нужно поговорить с сестрой, – сказала она. – И добиться ее окончательного согласия.
Судя по всему, Ричарда взволновало замечание жены.
– С того дня, когда Флер вернулась в Мейклифф, она больше не спорила со мной на эту тему.
– И вы восприняли это как знак согласия? – Н-да, все-таки мужчины – непроходимые глупцы!
Ричард нахмурился.
– Я совсем не уверена, что она во всем согласилась с вами, – заметила Айрис.
– Вы говорили с ней об этом?
– Вам прекрасно известно, что я ни с кем не говорила.
– Тогда, может, не стоит выдумывать.
Его реакция показалась Айрис неподобающе грубой, но она лишь пожала плечами.
– Может, и так.
– Вы не знаете Флер, – продолжал он настойчиво. – Ваше знакомство ограничилось единственным разговором.
Айрис закатила глаза. Этой фразой невозможно описать ту кошмарную сцену в спальне сестер.
– Я не понимаю, почему Флер так настойчиво пытается оставить ребенка себе, – сказала она.
– Наверное, такие вещи может понять только мать.
Кенуорти вздрогнул.
– Я не хотела вас обидеть, – холодно сообщила Айрис.
Ричард встретился с ней глазами и пробормотал:
– Простите.
– Безотносительно чего-либо, – продолжила Айрис, – мне не кажется, что вы можете чувствовать себя в безопасности до тех пор, пока Флер не даст вам окончательного согласия.
– Она согласится.
Айрис в сомнении приподняла брови.
– У нее нет выбора.
Опять! Какая глупость! Она с жалостью посмотрела на мужа.
– Это вы так думаете.
Ричард бросил на нее оценивающий взгляд.
– Вы не согласны?
– Вам отлично известно, что мне не нравится ваш подход к делу. Но это совсем не важно.
– Я имел в виду, – произнес он сквозь стиснутые зубы, – вы считаете, что она сможет вырастить ребенка в одиночку?
– То, что я думаю, неинтересно, – заявила Айрис, хотя в этом она была полностью согласна с ним. Флер была явно не в себе, когда решила, что сможет противостоять всем трудностям и презрению, которые окружают матерей-одиночек.
Но и Ричард был настолько же не в себе, когда посчитал, что сможет воспитать ребенка сестры как своего, и не подумал о тех печальных последствиях, к которым это может привести потом. Если родится девочка, еще можно как-то выкрутиться, но если это будет мальчик…
Совершенно очевидно, что им нужно подыскать для его бедной сестры мужа. Айрис так и не поняла, почему они не озаботились этим раньше.
