Автор
В весеннем Лондоне 1825 года, в Плейнсворт-Хаусе, где шло столько же времени, сколько он пробыл один наедине с собой, Ричард Кенуорти, обладая приличным состоянием но без жены, изучал свою тайну. Этот роман о том, как мужчина-господин должен быть полон любви и надежды на свадьбу....
Речь, разумеется, не шла о каком-нибудь джентльмене с положением – Ричард уже признался, что у него нет достаточно денег, чтобы купить сестре такого мужа, который согласился бы закрыть глаза на ее интересное положение. Но наверняка среди местных есть кто-то, кому захочется породниться с семейством Кенуорти. Например, какой-нибудь священник, которому не нужно беспокоиться о своих земельных владениях и другой собственности, опасаясь того, что они перейдут в руки чужого человека. Либо какой-нибудь землевладелец, новенький в этих краях, который рассчитывает упрочить свое положение в обществе.
Айрис потянулась, чтобы сорвать нежный белый цветок, расцветший на обочине. Ей стало интересно, как он называется. В Южной Англии она таких не встречала.
– Да уж, конечно. Это трудно – выйти за покойника, – попыталась она пошутить. Но слишком много горечи было в ее словах, чтобы шутка удалась.
Мэри-Клэр только фыркнула.
– Что такое? – Айрис посмотрела на нее, прищурившись. Что-то было не так.
– Ох, ради бога! – Мэри-Клэр откровенно насмехалась. – Флер ведь такая лгунья!
Айрис застыла, так и не коснувшись цветка.
– Извините, не поняла.
Девочка прикусила нижнюю губу, словно только сейчас сообразив, что именно сказала.
– Мэри-Клэр! – Айрис схватила ее за руку. – Что вы имели в виду, утверждая, что Флер – лгунья?
Нервно сглотнув, девочка молчала.
– Мэри-Клэр! – как можно суровее сказала она. – Немедленно расскажите.
– Неужели это так важно? – возразила девчонка и попыталась выдернуть руку.
Айрис чуть не завизжала:
– О чем она солгала?"
"– Об отце ребенка, естественно. – Мэри-Клэр все так же пыталась освободиться. – Вы от меня отстанете?
– Нет! – решительно заявила Айрис. – Это был не Уильям Парнел?
– О, пожалуйста! Даже Флер хватало ума держаться от него подальше. – Мэри-Клэр возвела глаза к небу. – Господь упокоит его душу.
Айрис еще сильнее стиснула ей руку.
– Мне совершенно наплевать, как упокоится душа Уильяма Парнела, – прорычала она. – Или где. Я просто хочу узнать, почему Флер солгала. Отец ребенка – не он?
В ответ Мэри-Клэр посмотрела на нее чуть ли не с обидой.
– Конечно, не он.
– Тогда кто?
Мэри-Клэр приняла чопорный вид.
– Это совершенно не мое дело – говорить на такие темы.
Айрис изо всей силы несколько раз тряхнула девчонку, и пока та не опомнилась, вплотную приблизила к ней лицо.
