Продолжение эпического романа о судьбах людей Восточной Сибири. В период золотой лихорадки начала XX века обычные таёжники становятся либо жестокими стяжателями, либо безправными рабами. История раскрывает, как жажда наживы разрушает человеческие связи и моральные устои в условиях сибирской...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Тайна озера Кучум» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Продолжение эпического романа о судьбах людей Восточной Сибири. В период золотой лихорадки начала XX века обычные таёжники становятся либо жестокими стяжателями, либо безправными рабами. История раскрывает, как жажда наживы разрушает человеческие связи и моральные устои в условиях сибирской...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Продолжение эпического романа о судьбах людей Восточной Сибири. В период золотой лихорадки начала XX века обычные таёжники становятся либо жестокими стяжателями, либо безправными рабами. История раскрывает, как жажда наживы разрушает человеческие связи и моральные устои в условиях сибирской...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Кончилась золотая жила, нет смысла копать дальше. Костя остановился:
— Тупик, дальше хода нет. Пойдём назад.
— Стой, отнако, — осадил следопыт. — Зачем тогта Гафон так слет топтал в сапогах?
Он прошёл немного вперёд, почти до самой земляной стены, внимательно осмотрел всё вокруг, потом наклонился, сухо проговорил:
— Свети!
Костя наклонился вперёд, поднёс керосинку к месту, на которое указывал Загбой. Следопыт погладил ладонями землю перед ногами, несколько раз ткнул пальцами вокруг, после чего сделал ещё один вывод:
— Тут земля твёрдый, тут мягкий. Землю копай. Зачем? Отнако тут Гафон что-то прятал.
— Золото?! — сразу же догадался Константин.
— Моя не знай, — равнодушно пожал сухими плечами следопыт. — Ещё слеты смотреть нато, потом думай. Потом говорить путу. Теперь, отнако, нато назат хотить, прямо хоти, там, где Гафон босиком хоти.
Вернулись назад. Сергей встретил их нетерпеливым возгласом:
— Ну что там?..
— Пока ничего. Пойдём вперёд, там видно будет… — отрезал Костя и занял своё место впереди.
Шли долго, осторожно. Проверили ещё четыре рассечки. Загбой часто останавливал движение, смотрел следы, морщил лоб, что-то сопоставлял, молча размышлял, думал. Все беспрекословно останавливались по его команде, терпеливо ждали, когда он почти на четвереньках, выставляя перед лицом лампаду, рассмотрит каждый сантиметр пяди. Наконец-то он вообще остановился, присел на брошенную лагу и потянулся в карман за кисетом.
— Ну, Загбой, нашёл время! — попытался было противиться Сергей, но тот, не обращая на него внимания, невозмутимо подкурил трубочку.
— Молчи, Закпой думай путет.
Все послушно последовали его примеру, присели рядом. Курящие потянулись за табаком, но следопыт остановил их намерение:
— Ча! Много дыма не нато. Закпой отин курить путет немного, потом каварить путет.
Переглянулись мужики между собой, но послушались, спрятали табакерки по карманам. Да и следопыт недолго курил, затянулся три раза, густо выдохнул и выбил остатки табака на землю. Спрятал трубочку, покачал головой:
— Гафон тут нет. Гафон другой место, — показал пальцем наверх. — Где-то там, тайга.
— Почему ты так решил? — оживился Костя.
— Дым, табак тянет тута, — показал рукой в глубину подземного хода. — Там есть выхот. Зачем бурундук ситеть нора, когда солнце светит? Два бурундук путут там, — показал наверх, — хотить. Путет хотить, смотреть, что там тругой зверь телай.
— А почему два?! — почти одновременно воскликнули Сергей и Костя.
— Эко! Слепой сапсем, как крот. Потому, что тут два человека хоти. Один сапогах, тругой босиком.
— Как это?
— Тот, кто босиком, раньше хоти. За ним хоти сапогах. Тот, кто сапогах, хромай на левую нога. — Следопыт поднялся, показал, как хромал человек.
