Продолжение эпического романа о судьбах людей Восточной Сибири. В период золотой лихорадки начала XX века обычные таёжники становятся либо жестокими стяжателями, либо безправными рабами. История раскрывает, как жажда наживы разрушает человеческие связи и моральные устои в условиях сибирской...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Тайна озера Кучум» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Продолжение эпического романа о судьбах людей Восточной Сибири. В период золотой лихорадки начала XX века обычные таёжники становятся либо жестокими стяжателями, либо безправными рабами. История раскрывает, как жажда наживы разрушает человеческие связи и моральные устои в условиях сибирской...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Продолжение эпического романа о судьбах людей Восточной Сибири. В период золотой лихорадки начала XX века обычные таёжники становятся либо жестокими стяжателями, либо безправными рабами. История раскрывает, как жажда наживы разрушает человеческие связи и моральные устои в условиях сибирской...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
А это: магазины, кожевенно-пошивочную мастерскую, цех по обработке мясной продукции, склады с настоящим товаром и акции речного пароходства.
— А дом? — вырвалось у Фили.
— И дом тоже, — улыбнулась купчиха. — Дом — в первую очередь! Думаю, что так будет справедливо."
"Все находившиеся в гостиной с оживлением заговорили. Напряжения на лицах сменились благодарностью. Ожидали, что сейчас должно произойти что-то важное, но никто не думал, что Елизавета Ивановна окажется такой благородной, щедрой и простой. Не скрывая чувств, Пелагия опять бросилась на колени перед купчихой, стала целовать руки: она была рада за свою хозяйку и подругу и не скрывала своих эмоций, потому что знала, что теперь у неё будет не только свой угол, но и работа.
Уля вскочила тоже, подошла с другой стороны… Егор хлопнул кулаком по столу:
— Я так и знал'
Братья, удовлетворённые результатом разговора, негромко переговариваясь, потянулись за кисетами. Женщины, как бывает в подобных случаях, пустили слезу. Все были искренне рады за Елену Николаевну, и каждый желал ей счастья.
Елизавета Ивановна, приподняв правую ладонь, произнесла следующие слова:
— Подождите, я ещё не все сказала! Это только первая часть моего дела здесь, в Сибири. Ещё остались прииски и наличные деньги: один миллион двести тысяч рублей. Четыре прииска, вы знаете, о чём я говорю. Я видела документы и внимательно изучила годовой приход золота с каждого из участков в пудах. Новотроицкий прииск в год даёт столько, как вместе взятые три: Гремучий, Любопытный и Покровский. Право на владение этим прииском я оставляю за собой. При этом хочу сказать, что в Ярославле у нашей семьи есть купеческое дело с доходами, гораздо большими, чем добыча золота в тайге. Переезжать на постоянное местожительство сюда глупо, я обязана находиться при делах там, всегда. И прошу вас, — купчиха встала из-за стола и, повернувшись лицом к братьям, громогласно изрекла: — Филипп Исаич, быть моим поверенным в делах на Новотроицком прииске. Если точнее, управляющим.
Филя так и подскочил с места:
— Что вы… дорогая Елизавета Ивановна! Такая честь…
— Думаю, что вы не откажетесь и с делами справитесь лучше, чем кто-либо другой, — нисколько не сомневаясь в его согласии, оборвала его купчиха. — Об условиях оплаты, думаю, мы договоримся. Двадцать пять процентов от добычи вам хватит?
Филя так и бухнулся назад на лавку. Егор, Иван и Максим открыли рты. В гостиной воцарилась такая тишина, что было слышно, как по коридору второго этажа неторопливо вышагивает кошка.
— Вот и хорошо. Значит, решено. Останется только подписать документ. Теперь дальше.
Елизавета Ивановна замолчала, повернулась к Пелагии, взяла её за руки и внимательно посмотрела ей в глаза:
— Встаньте, голубушка, с колен.
