Автор
В джентльменском поколении веками скрывается страшное проклятие: лишь темные силы могут преодолеть его. Огромный род людей обречен на бесконечное служение Дьяволу и создание зла. Но в этой семье есть исключение — ребенок, которого уже нельзя назвать обычным. Каждый из них несет потенциал сверхъестественной силы, но лишь один сможет разорвать заклятие. Встреча с кувшином Тенгеля Злого, где колдовство готовится, станет ключом к исходу всех их бед....
Во всяком случае, для Элизабет. Вемунд знал, естественно, больше.
— Я просто пошутила, госпожа Карин, — проворчала она, и ее милостивая госпожа строго и как бы ставя ее на место кивнула головой и опять сконцентрировалась на ребенке.
— Я, пожалуй, поскорее пойду за кормилицей, — сказал врач. — Она достанет колыбель и одежку для новорожденной. Вы выглядите весьма усталой, госпожа Паладин из рода Людей Льда, и вам необходимо помыться.
Вемунд посмотрел на себя.
— Мне самому не помешало бы помыться, — горько усмехнулся он.
— Мы красивы душой, вот что самое важное.
— О себе так говори, — пробормотал он.
Они с опаской посмотрели на Карин, думая о том, можно ли ее оставить одну с ребенком, но она была полностью поглощена девочкой. Нет, не стоило вмешиваться и забирать у нее малышку — это было очевидно.
Довольно нерешительно они спустились вниз по лестнице и оставили приоткрытой дверь, чтобы все слышать. Доктор Хансен отправился за кормилицей.
— Он прав, — сказал Вемунд. — Ты такое существо, которому поневоле приписывают вселенскую силу. Которое может со всем справиться. И забывается, что ты тоже можешь уставать. Иди ложись спать, уже поздно!
— Я думаю, что было бы неплохо сначала помыться. И могу ли я просто так все бросить?
— Я здесь побуду, пока не придут доктор и кормилица.
Элизабет задумчиво произнесла:
— Она была, должно быть, довольно избалованной?
— Карин? Я бы скорее назвал ее замкнутой. Ничего не знавшей об окружавшем мире.
Неожиданно Элизабет почувствовала смертельную усталость в теле и в душе.
— Я рада, что ты пришел, Вемунд, — вырвалось у нее.
— Да я… Ой! Да я же за этим и пришел: у меня было к тебе дело, но ни тебя, ни Карин не было дома. Потом я услышал вой сирены из района трущоб и…
— Что за дело?
— Лиллебрур поговорил с родителями. О женитьбе на тебе. Они просят тебя приехать завтра вечером к ним домой в Лекенес, чтобы обсудить этот вопрос.
"Если раньше Элизабет была уставшей, то теперь она была четырежды уставшей. Мысль о том, чтобы предстать в Лекенесе свежевыглаженной и умной, казалась ей невыносимой. О Лиллебруре она просто-напросто забыла.
— Ага, — устало произнесла она. — Ладно. Я поставлю воду для мытья в деревянную лохань. Попроси кормилицу закрыть дверь за тобой и доктором, когда вы уйдете.
— Хорошо.
