Автор
В гостях у знаменитого виконта, который не скрывает своего любопытства и жажды насладиться жизнью открытым путем, собираются самые разные личности. Он предлагает ставки на события будущего, вызывая недовольство своих соседей по клубу, где каждый риск может быть последним для браконьеров-парищиков....
Прошли бесконечно долгие минуты, прежде чем она заговорила:
– Ты считаешь, что признание гарантирует тебе прощение? Что извинение может волшебным образом ликвидировать деяние? Скажи, а твое отношение ко мне в последние недели было средством обеспечить мое понимание?
По щеке Шарлотты скатилась одинокая слезинка. Дирингу потребовалась вся его выдержка, чтобы не броситься к жене. Он мечтал, как о величайшем благе, о возможности вытереть ее слезы. Он жаждал найти слова, которые могли убедить ее в его искренности, и не находил их.
– Нет. – Больше слов не было.
– Ты не просто манипулировал моей семьей. Ты манипулировал мной. Ты за меня решил мое будущее, вынудил согласиться на решение, которое я должна была принять сама, как следует его обдумав. – Шарлотта закрыла глаза и громко вздохнула. – А как насчет пакета акций?
– Они ничего для меня не значат. Материальная выгода. Я и без них человек не бедный. Это общество считает, что у меня во всем есть материальный интерес. А на самом деле все не так.
– Да, ты говорил. – Шарлотта покачала головой. – Мне нужно подумать, Джереми.
Диринг напряженно следил за каждым ее движением, каждым жестом и взглядом. Неужели она его прогонит? Получается, что он сам лишил себя того, чего желал больше всего на свете?
– Вчера я разговаривал с твоим отцом и все ему рассказал. – Он едва не забыл об этом важном моменте. – Твой отец принял мои искренние извинения.
– Я могла бы найти счастье. Я это чувствую. Но между нами так много лжи… – По ее щеке скатилась еще одна слезинка.
Темная туча скрыла солнце, и сад погрузился в тень. Мужчина и женщина стояли в двух шагах друг от друга, но их разделяла бездна, глубокая и бесконечная, как океан.
– Прислушайся к своему сердцу. Оно подскажет, сможешь ли ты меня простить. – Диринг ждал ответа, стиснув зубы так сильно, что они могли начать крошиться.
Вопрос, оставшийся без ответа, повис в воздухе.
Шарлотта смотрела на мужа и чувствовала, как болезненно сжимается ее сердце. Он, безусловно, красив, незауряден, глубоко опечален, смел и уязвим – все одновременно.
