В грезах Унтер-ден-Линден ждут только тайны. Проснувшись среди ночи с собою что-то хорошее — письмо от доброго друга, посылку с цветами или простой заблудшего путника — мирные спали Софи и малаец Андре, горничная Кристина давно ушла домой, а кухарка фрау Кремер лишь взяла нынче вых. Этот дом — настоящий кладезь тайн и загадок, где каждое стекло витража прячет свою историю....
В глазах мужа мелькнуло сомнение, а после он спросил недоверчиво:
– С каких пор тебя беспокоят гадания?
– Не буду лгать тебе: меня не гадание беспокоит. Разве что отчасти…
Муж вздохнул еще раз и сдался:
– Хорошо, я отведу тебя к ней. Но непременно дождусь снаружи.
О большем я и мечтать не смела.
Откладывать визит в долгий ящик не стали. Я наскоро собралась, но, уже выходя и упершись взглядом в дверь каюты Жанны Гроссо, замешкалось. Кольнуло неясное чувство тревоги. А что если Ева не книгу хотела вернуть, а именно попасть в покои Жанны?.
* * *
7 июня, 08 часов 10 минут, Балтика, открытое море
Чтобы добраться в комнату креолки Аурелии, требовалось преодолеть коридор меж каютами первого класса, минуть салон, слава Богу совершенно пустой в ранний утренний час, спуститься по крутой узкой лестнице на этаж ниже и снова пройти по коридору. Все перекрытия меж классами были заперты на совесть: мужу пришлось отпирать их ключами, которые имелись разве что у стюардов и членов экипажа. Выходы на верхнюю палубу заперты тем более: помимо облицовочных дубовых дверей подстраховались еще и металлическими почти что сейфовыми люками.
На лестнице было особенно хорошо слышно, как море бушует и бьется о них снаружи…
– Что же будет, если мы и впрямь попадем в бурю… – впервые озаботилась я, осторожно спускаясь по лестнице. Качало с нечеловеческой силой.
– Ты не видела, что ночью творилось, – мрачно хмыкнул муж, подавая мне руку. – Сейчас-то уж все стихло; Вальц обещает, что к вечеру, должно быть, мы продолжим плаванье.
– Хорошо бы…
Говорили мы мало и осторожно, а шагали быстро, порой переходя на бег: ежели попадемся кому-то на глаза – непременно станем героями сплетен. Я-то ни на минуту не забывала, что среди пассажиров «Ундины» моим мужем считается совершенно другой тип. «Официальный» месье Дюбуа якобы все еще хворал в нашей каюте, и буря было моей легенде только на пользу.
Но нам везло. Ни в коридоре первого класса, ни на лестнице не встретилось ни одной живой души. Зато, едва вышли в коридор второго – далеко впереди мелькнул женский силуэт в черном платье.
Я обмерла на месте, отпрянула от мужа и ахнула.
Поклясться готова, что это была Ева Райс…
Видела она нас или нет – расстояние было все же порядочным – женщина быстро скрылась за дверью одной из кают, и мы услышали, как щелкнул замок.
Уже пройдя мимо той двери и взглянув на номер, я убедилась, что это и впрямь каюта Евы.
