В окнах домов играет мелодия музыки, которая кажется слишком тихой в зас营ленной ночи. Верити бежит по проезжей части, отгородившись от тротуара, когда тонкий голосок за спиной кричит: "Не останавливайся!" Власть над этой улицей кажется невероятно реальной в темноте.
Если бы я еще раз попыталась задушить ее в младенчестве, или оставила бы рядом открытую бутылку отбеливателя, когда она была совсем маленькой, или врезалась бы пассажирским сиденьем в дерево, отстегнув ее и отключив подушку безопасности, этого всего можно было бы избежать. У меня было столько вариантов подстроить ее гибель. И ее следовало подстроить.
Если бы я остановила Харпер, Частин бы по-прежнему была с нами.
И, возможно, Джереми не был бы все время таким ужасно грустным.
18
Верити в гостиной.
Эйприл сказала:
– Сегодня вечером она очень бодрая. Я подумала, пусть ее уложит Джереми.
Она оставила Верити перед телевизором, пристроив кресло возле дивана.
Верити смотрит «Колесо Фортуны»[3]."
"Или… Во всяком случае, пялится в том направлении.
Я стою у двери в гостиную и за ней наблюдаю. Джереми наверху, с Крю. Снаружи темно, и в комнате не включен свет, но телевизор освещает бесстрастное лицо Верити.
Представить не могу, чтобы человек мог так долго имитировать болезнь. Даже сомневаюсь, возможно ли это вообще. Испугается ли она громкого звука?
Рядом со мной, у входа в гостиную, стоит чаша с декоративными стеклянными и деревянными шариками. Я оглядываюсь и достаю из чаши один деревянный. Бросаю в ее сторону. Он падает перед ней на пол, но она остается неподвижна.
Я знаю, она не парализована, но как ей это удается? Даже если из-за повреждений мозга она не способна понимать речь, она должна как-то реагировать на звук, верно? Хоть как-нибудь?
Если только она не специально приучила себя не реагировать.
Я наблюдаю за ней еще какое-то время, но потом меня снова начинают одолевать пугающие мысли.
Возвращаюсь на кухню, оставив ее наедине с Пэтом Сейджаком и Ванной Уайт.
В рукописи Верити осталось всего две главы. И я молюсь, чтобы перед отъездом я не нашла где-нибудь вторую часть: все эти перипетии просто невыносимы.
Я испытала облегчение, узнав, что она никак не связана с гибелью Частин, но меня смущают ее рассуждения. Она кажется такой беспристрастной. Поверхностной. Она потеряла дочь, но думала лишь о том, как следовало убить Харпер, и ей надоело ждать, пока Джереми оправится от случившегося.
Смущают – это мягко говоря. К счастью, скоро все закончится.
