Автор
В медкабинете после непростого боя Тай ощущает себя почти готовым к новому противостоянию. Его папа, всегда беспощадный и жестокий, внезапно выходит из укрытия, неся с собой шокирующие новости и тайны о будущем его жизни.
— У нас два выступления. Береги себя, пожалуйста.
— Постараюсь.
Убегаю в душ. У нас есть пара часов на отдых и мы уезжаем на главный стадион к нашим парням на игру.
Чтобы не сидеть без дела, решаю прогуляться в сторону буфета. И конечно же мне надо пройти через боксерское крыло! У медкабинета открыта дверь. Оттуда раздается жутко злой мужской рык.
— Юрий Германович, пожалуйста, — на рык отвечает Тайсон. Я замираю, сразу понимая, о чем там идет речь. — У девчонок тоналку возьмем, замажем и все. Кто там будет меня рассматривать?
— Ты понимаешь, что нас всех посадят, если я тебя на ринг с травмой выпущу!
— Да нет у меня никакой травмы, Юрий Германович.
— Убить бы тебя, Салахов!
Из-за угла выворачивает Таир Расулович. Я прячусь за дверь и стараюсь не дышать.
— Твою мать! Ты совсем долбоеб! — отец Тайсона не стесняется в выражениях. — Из-за девки своей подрался?! — рычит он.
— Не трогай Юлю! Она не причём! — вступается Тай.
— Я сейчас добавлю тебе, дебилу! Снимок делали? — обращается скорее всего к врачу.
— Делали. Удар был сильный, небольшое кровоизлияние, но ребра целые. И сотрясение у него, Таир Расулович. Легкое, но дезориентация есть. Мы не можем его с таким букетом на ринг выпустить.
— Нормально со мной все! — продолжает давить Тайсон.
— Парень говорит, что с ним все нормально, — голос его отца становится ледяным. — Сделайте так, чтобы он вышел на бой. А ты. Только попробуй слить. Я всех твоих баб скопом из города вышлю. И подружка твоя сегодня же из Дворца вылетит! Юрий Германович, я все договоренности со спорткомитетом возьму на себя.
— Вы понимаете, что мы не можем? — стоит на своем Терехов.
— Если ты не можешь, Юра, я найду ему тренера, который сможет! Работать всем!
Глава 24
Тайсон
Это был тяжелый бой. Я местами его ни хрена не помню. Мне важно было не подставить под каток в виде моего отца Юльку. Он сломает девочке жизнь по щелчку пальцев. И я буду виноват.
— Парни, возьмите его.
Терехов передает меня Климу и Сэму. Пацаны закидывают мои руки к себе на плечи, поддерживая под спину уводят в раздевалку. Мышцы во всем теле дрожат, ноги еле передвигаются, пот заливает глаза и башка кружится от усталости.
— Мы думали, ты не вывезешь, — признается Семен.
— Я тоже так думал, — закрываю глаза. Пацаны сажают меня на скамейку."
"Прислоняюсь спиной к прохладной дверце шкафчика, вытягиваю вперед ноги. От перегрузок мутит сильно.
