Тюндюк то, тюндюк се… — И погрозил приятелю пальцем:
— Ты ж наверняка не Алексея Дмитрича первым делом признал, а свой сикпен ненаглядный. Признавайся: так или нет?
Ермак не успел ответить, потому что его опередил Другой, слишком хорошо знакомый Алексею голос:
— Смотрю, братец ты мой, переполоху ты здесь наделал изрядно! На морде синяков не вижу, но чувствую, что на заднице их превеликое множество!
Алексей оглянулся. И уже в следующее мгновение Иван Вавилов, весело похохатывая, хлопал его по спине, а Алексей обнимал его и чувствовал, как першит в горле, а на глаза вдруг навернулись слезы. Он впервые узнал, какое это великое счастье — вновь встретиться с дорогими твоему сердцу людьми после долгой разлуки и опасных испытаний! И главное, понять, что они тоже любят тебя и искренне радуются, что ты жив и здоров.
— Ну хватит! — прекратил Иван излияния восторга. — Извини, что не даю отдохнуть после дороги, но сначала дело, а потом уж ванна, бритье и чистые простыни. Судя по тебе, ты за это время прочно забыл и про цивилизацию, и про ватерклозет, и про то, что щи ложкой хлебают.
— И даже счет дням потерял, — улыбнулся Алексей.
И посмотрел виновато на Ивана. — Кстати, какое сегодня число?
— Пятнадцатое сентября, — ответил тот. — К слову, завтра истекает срок, который исправник отвел на расследование.
— То-то и оно! — произнес Алексей с досадой и опустился на стул рядом с Иваном. И тут же выхватил взглядом на столе урядника знакомый «смит-вессон» и несколько золотых безделушек, среди которых сразу же бросилась в глаза полоска желтого металла с загнутыми краями. Алексей схватил ее, поднес к глазам и, разглядев уже знакомый березовый листок, с облегчением улыбнулся:
— Ну, Егор Лукич, все-таки хлопнул Гурана, чудилу поганого! — Он надел амулет на запястье. И пояснил ошеломленному уряднику:
— Это мне одна барышня подарила, так что я его у тебя забираю!
Но лучше обо всем по порядку…
Слушали его не перебивая — Т-э-экс! — задумчиво протянул Вавилов, когда Алексей замолчал. — В переделку ты попал отменную, и если даже все эти страсти с девицей и одноглазыми волками отнести на счет шкалика, который ты уговорил без закуски… — Он махнул рукой. — Все это ерунда! Самое главное, что жив остался!
— Это я виноват! — вздохнул Егор. — Надо было денек подождать. Съездили бы на шахту, разобрались бы с обвалом, а после бы и к Хатанге наведались.
— Ладно, не кори себя, Лукич! — прервал его Алексей. — Чему бывать, того не миновать. — И заинтересованно посмотрел на него.
