Автор
В суровой сибирской тайге человек и собака бредут по скалам, ища укрытия. Их выживание зависит от доверия друг к другу в условиях голода и холода. Напряжение нарастает, когда они сталкиваются с дикой природой и неизвестностью.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Талисман Белой Волчицы»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
В суровой сибирской тайге человек и собака бредут по скалам, ища укрытия. Их выживание зависит от доверия друг к другу в условиях голода и холода. Напряжение нарастает, когда они сталкиваются с дикой природой и неизвестностью.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
В суровой сибирской тайге человек и собака бредут по скалам, ища укрытия. Их выживание зависит от доверия друг к другу в условиях голода и холода. Напряжение нарастает, когда они сталкиваются с дикой природой и неизвестностью.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— И окинул его внимательным взглядом, словно проверил: не насмехается ли?
Но Алексею было совсем не до смеха.
— И что ж все-таки случилось с твоим Нероном? — спросил он, всячески скрывая волнение, потому что почувствовал знакомый холодок в груди — первый признак того, что вышел на след.
— То и случилось, — вздохнул Михаил. — Вынес он меня за ограду, через коновязь перемахнул, тут я и приземлился на задницу, да так, что дух перешибло. Валяюсь на земле и вижу, что Марфа из ворот выскочила с ружьем навскидку и целится в Нерона. Я ей ору: «Марфа, тудыть твою мать, не стреляй!» А сам едва на четвереньки поднялся, смотрю, что с Нероном. А он, дьявол, как ни в чем не бывало, о коновязь головой трется, а морда вся в пене, грива всклокочена. Марфа ружье опустила, подошла к нему, за шею обняла и стоит, что-то шепчет ему в ухо. А он, бесова душа, так тихо, так жалобно что-то ржет ей в ответ. Переговариваются, значит. Только вдруг Марфа вскрикивает и тычет пальцем в седло: «Гляди, Миша, кровь!» Ну кое-как доплелся я до них, смотрю — и впрямь из-под седла в несколько струек кровь бежит. Я тут же рукой под седло, а Нерон как вздрогнет и ногами заперебирал, а из глаз слезы потекли… А я цепляю пальцем, не поверишь, вот такую, с мизинец прямо, железную колючку. Представляешь, каково было Нероше, когда я с размаху приземлился в седло? Тут любой бы взъярился…
— Ты считаешь, что ее нарочно подложили?
— В тот раз сомневался, а теперь точно думаю, что подложили. Конюхи Христом богом клялись, что ничего подобного не видели, самолично подпруги затягивали. Лошадь, говорят, вела себя спокойно. А тут на тебе! И главное, когда успели мерзавцы? Конюх все время ее в поводу держал.
— А кто-то из своих мог это сделать? Подойти незаметно и подложить колючку?
— Ну нет, — покачал головой Михаил, — никто не мог! Точно говорю, никто! Федька определенно не подходил.
Марфа с крыльца не сходила, когда провожала нас… Анфиска…
— Анфиска? — перебил его Алексей. — Она что ж, у тебя в тот раз гостила?
— Слушай, — Михаил настороженно посмотрел на него, — ты что ж, Анфиску тоже знаешь? И, сдается мне, не только ее!
— Анфису половина Североеланска знает, к тому же вчера мы столкнулись с ней в конторе завода. Видимо, приезжала повидать бухгалтера.
— Столетова? — словно поперхнулся Михаил. — Она с ним встречалась?
— Она зашла в его комнату, но увидела меня и очень быстро ее покинула.
— И что ж, ничего не сказала при этом?
— Кажется, я ей не слишком нравлюсь.
— Понятно. — Михаил окинул его насмешливым взглядом. — Получила Анфиска от ворот поворот?
Алексей пожал плечами.
— Нет, здесь другое! С первых минут знакомства она готова была меня в клочья порвать, только не пойму — за что?
— За что? — усмехнулся Михаил.
