Таня Гроттер и её друзья попадают в параллельный мир, где властвуют четыре стихии. Здесь магов подчиняют себе огонь, вода, воздух и земля, а леса населены нежитью. Юным волшебникам предстоит найти способ вернуться домой, разгадав тайны этого опасного мира.
Раздел Chitat.online для книги «Таня Гроттер и ботинки кентавра» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Таня Гроттер и её друзья попадают в параллельный мир, где властвуют четыре стихии. Здесь магов подчиняют себе огонь, вода, воздух и земля, а леса населены нежитью. Юным волшебникам предстоит найти способ вернуться домой, разгадав тайны этого опасного мира.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Дмитрий Александрович Емец Детские книги Детская фантастика подборки серии
Таня Гроттер и её друзья попадают в параллельный мир, где властвуют четыре стихии. Здесь магов подчиняют себе огонь, вода, воздух и земля, а леса населены нежитью. Юным волшебникам предстоит найти способ вернуться домой, разгадав тайны этого опасного мира.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Дай-ка мне! – деловито сказал Гуннио. Он отступил на полшага назад и, ударив в ставни ногой, вышиб их.
В дом хлынул свет. Луг перед избушкой опустел. Мертвяки либо сгинули, либо ушли куда-то, и только вытоптанная трава доказывала, что они действительно тут были. Все кинулись наружу. Вороной кентавр лежал на боку, сжимая в руке окровавленный меч. Весь его круп, плечи и живот были покрыты укусами. Мардоний был в беспамятстве.
Отстранив Ягуни и И-Вана, Шурасино деловито присел возле кентавра на корточках и заклинанием остановил сочащуюся из ран кровь.
– Как он? Он… он умер? – хрипло спросил И-Ван.
Шурасино удивленно взглянул на него:
– С чего ты решил? Конечно, красавчиком он больше никогда не будет, но серьезных ран нет. Вены и артерии не затронуты, горло не прокушено. Думаю, я даже смогу привести его в чувство. Нашатырюс!
Мардоний открыл глаза. Он посмотрел сначала на И-Вана, потом на меч в своей руке.
– Я думал, они меня прикончат, но их затянула земля. Затянула, как трясина. Это было не слишком приятное зрелище… Думаю, это случилось, когда… Стихиарий ведь сгинул, не так ли? – сказал он.
– Да, мы его изгнали из этого мира.
Кентавр пошевелил головой. Это движение доставило ему сильную боль, потому что он поморщился.
– Так я и думал. Мертвяки Варварских Лесов были зависимы от него. Теперь на Диких Землях станет спокойнее, – сказал он удовлетворенно.
И-Ван поднял голову и посмотрел на луну:
– И что теперь будет с этим миром?
– А что с ним будет? Ничего. Наш мир будет жить своей жизнью. Хорошей или плохой – не знаю. Но своей. Сумеют ли кентавры вернуть себе свободу – покажет время. Но никакая посторонняя сила уже не вмешается в нашу историю. Да и аура здешних жителей в следующем поколении станет многоцветной. Все быстро возвращается на круги своя, – сказал Мардоний.
– А что будет с нами? – спросила Таня.
Кентавр быстро взглянул на нее:
– С вами? Вас удерживала здесь только магия Стихиария. Уверен, с минуты на минуту вы вернетесь в свое отражение вне зависимости от того, будет у вас такое желание или нет. Пространство быстро залечивает свои раны.
– Мардоний, пикирующая крепость больше никогда не взлетит! Как ты сумеешь выбраться отсюда? – спросил И-Ван.
– Сдается мне, что сумею. Мне поможет Ург, а возможно, и ваши двойники. Я бы и от вашей помощи не отказался, но взгляни-ка на свои ноги, дружок! – кентавр невольно улыбнулся."
"И-Ван торопливо наклонился. Его ноги, хотя он не ощущал пока этого, превращались в спиральные завихрения зеленого тумана и неотвратимо таяли. И-Ван чувствовал себя как джинн, которого затягивает в кувшин. Как кусковой сахар, который медленно тает, опускаясь на дно чашки. Это было не больно, но как-то очень уж странно. И вот уже он исчез до пояса и продолжал таять дальше.
