В мире ветров и звезд прячется древнее божество, наказывающее безвинных. Таня Гроттер ищет истоки своего необычного дара, открывая тайны сверхъестественного мира. Магические заклинания, лежащие в основе сильнейших сил на Земле, ожидают того, кто рискнет заглянуть за космическое невидимое....
Сарданапал стоял на пороге и спокойно смотрел на Таню. Смотрел так, будто давно знал, что она придет и случится это именно сегодня.
– Проходи и закрывай дверь! Здесь кошмарные сквозняки, что неудивительно. На уровне первомагии Магфорд соткан из тумана, ветра и дождя, – сказал он.
Таня вошла в комнату, по недавно приобретенной привычке осторожно и с запасом переступив порог. Комната показалась ей неуютной. Длинная, с огромными потолками и сырыми стенами. На окне, высоком и узком, легко было вообразить ползущую в бесконечность муху.
– Ничего личного. Всего лишь соблюдаю свое право на конфиденциальность, – пояснил Сарданапал, поймав удивленный взгляд Тани.
– Вы хотите сказать, что они шпионили? Подглядывали?
– Назовем это каким-нибудь красивым словом. Например, внешняя разведка! – произнес академик.
– Но при чем тут разведка?
– Люди любят называть самые подлые вещи благородными словами. Например, предательство зовут тактической необходимостью, а ложь – защитной мимикрией.
Сарданапал невесело посмотрел на Таню. Даже неугомонные усы академика и те, казалось, присмирели, обвисли и не делали никаких попыток покуситься на своего давнего врага – бороду.
– Пожалуй, нам стоит поговорить серьезно. Ты выросла и стоишь на пороге взрослой жизни. Орленку пришла пора покинуть гнездо. Детство, как ни хватайся за него, закончилось.
– А магспирантура?
– Ты прекрасно знаешь: магспирантура – совсем не то, что обычное обучение в Тибидохсе.
– Нет.
Академик с облегчением вздохнул:
– Так я и думал. Орлы не селятся в чужих гнездах – они строят свои. Но, видимо, ты хотела поговорить со мной не о магспирантуре, не так ли?
– Да… Об одном человеке, – сказала Таня, сжимая в кармане золотой локон. Жар – на этот раз мягкий, не такой, как на поле, – побежал по пальцам к плечу.
Сарданапал опустился в кресло, в котором, видимо, сидел до прихода Тани. Рядом с креслом на стуле истекала воском длинная свеча.
