В книге "Таня Гроттер и молот Перуна" ты окунешься в мир невероятных заклинаний, где каждое слово заклинания создает перелом в реальности. Глава Таня Гроттер обладает уникальной способностью вызывать необычные артефакты, каждый из которых управляет новым видом магии.
– Она там… Я… я это просто знаю, – уверенно произнес Ягун.
– И как ты собираешься это доказать? Согласись, ломать дверь – это не аргумент. Это, кстати, относится ко всем, – заметила доцент Горгонова, осаживая не столько Ягуна, сколько циклопов, которым не терпелось помахать секирами.
– Зачем же ломать? Я же не лопухоидный спецназ. Я могу войти и по-культурному! – удивился Ягун.
Он повернулся спиной, произнес «Туманус прошмыгус» и прошел сквозь закрытую дверь в комнату.
Поклеп и Медузия уставились друг на друга.
"– Тэк-с! Запрещенное заклинание! Ничего себе светленькие! Думаю, Сарданапалу будет любопытно об этом узнать, – с затаенным торжеством сказал Поклеп.
– Не делайте поспешных выводов! – сухо оборвала его Медузия.
Дверь со щелчком открылась. Оказавшись с той стороны, Ягун повернул замок, и Медузия с Поклепом прошли внутрь. Четверокурсники ломанулись было следом, но дорогу им преградили циклопы, обожавшие «не впущать» еще больше, чем «не выпущать».
Комната Лотковой казалась пустой… Аккуратная стопка учебников на столе, застеленная кровать.
Ягун недоуменно оглядывался. Он был уверен, что застанет Катю здесь и что она в беде.
– Тут никого нет!.. Но где же она? Действительно, странно… – сказала доцент Горгонова.
Внезапно из шкафа донесся неясный звук. Медузия толкнула дверцу. На сброшенных с вешалок свитерах и юбках, закрыв лицо руками и раскачиваясь вперед-назад, сидела Катя Лоткова. Медузия о чем-то спросила ее. Лоткова не ответила и только стала раскачиваться быстрее.
Доцент Горгонова силой отняла ее руки от лица и невольно вскрикнула.
– Он… я проснулась, а он стоит у кровати с золотыми усами.
