Несмотря на дождливую погоду и непрекращающийся шум дождя, Таня Гроттер не может оставаться равнодушной к жизни вокруг нее. Ее взгляд постоянно перемещается между заботами дома и профессиональными обязанностями, но всегда остается проникающим на подмостки театра, где она является актрисой пенсне Ноя — знаменитым макияжем, который делает ее лицо незабываемым....
– Проклятый Дубодам! Как же я тебя ненавижу! – крикнула Таня, вскидывая голову к слепому, глухому, но одновременно всевидящему и всеслышащему потолку…
Послышался звук, похожий на звук, издаваемый ключами, уроненными в жестяной таз. Это жезл перекатывался в футляре и ударял по дереву контрабаса. Он настойчиво напоминал Тане о своем присутствии и о ее клятве.
Глава 15
ЦЕНА ЛЮБВИ
Тане стало жутко. Она вспомнила, что ей предстоит. Коснуться жезлом Ванькиной груди, забрать у него душу, а после покинуть Дубодам и ждать, пока де менты избавятся от тела.
Таня с тревогой посмотрела на жезл, так и рвавшийся к груди Ваньки, и внезапно подозрение укололо ее. Правильно ли она поступает, доверяясь Чуме-дель-Торт? Но на кого еще ей опереться, если никто больше не обещал помочь Ваньке? В конце концов, Чума получит за свою помощь высокую, очень высокую плату…
Но все равно, стоило Тане представить, что Ванькино тело, к груди которого она прикоснется жезлом, сползет, уже бездыханное, как ее начинала колотить дрожь.
"– Ванька, ты только не бойся! Это не больно, а потом, когда ты будешь уже не в Дубодаме… – начала она, сама боявшаяся куда больше Ваньки.
– Эй, ты что, с ума сошла? Ты его убьешь! – испуганно крикнул Ягун.
– Нет, это ты не понимаешь… Я… Отойди, Ягун! – Таня шагнула было к Ваньке, пытаясь отстранить заступившего ей путь внука Ягге, но тут осколок пенсне Ноя вдруг выскользнул у нее из кармана.
Таня попыталась поймать его на лету свободной от жезла рукой и даже почти подхватила, но вновь упустила, лишь отклонив его полет. Вместо того чтобы упасть на пол и разбиться, стеклышко скользнуло в открытый футляр, под струны, и провалилось внутрь контрабаса через фигурный вырез.
Присев на корточки, она отложила жезл и попыталась выудить стеклышко из недр контрабаса. Рука, разумеется, внутрь не проходила, оставалось надеяться, что стеклышко выскользнет само, в ту же прорезь, через которую оно попало внутрь.
