"
"– Отличный возраст – десять лет! Самый расцвет юности! Столько всяких дел: пылесосы, авантюры, циклопов дразнить. А ты плакать на лестнице! Это, брат ты мой, не дело! Ты же, брат ты мой, подрастающее поколение… Скоро я буду стар и дряхл, и весь груз магического мира ляжет на твои плечи, сын мой Коля! – сказал Ягун, с удовольствием принимая важный вид.
Коля Кирьянов слушал его с таким восторгом, что играющему комментатору стало неловко. В животе опять что-то забурлило. Ягун понял, что градус восторга Коли необходимо срочно понизить.
– Так чего ты плакал-то? – повторил Ягун уже менее пафосным голосом.
– Меня дразнят!
– Тебя? Ну, они, блин, смертники в натуре!.. – изумился Ягун.
Кирьянов вздохнул.
– Кто дразнит-то? Однокурсники? – уточнил Ягун.
– Да многие… Говорят, что я косоглазый и тощий как гли… глис…
– Спокойно! Я понял! Пусть это будет червяк!.. Дыши глубже! – в тревоге крикнул Ягун, обнаруживая в правом глазу Коли вполне уже созревшую слезу.
Кирьянов задышал, и мозг у играющего комментатора перестал плавиться.
– Ерунда! – сказал Ягун. – Слушай меня, брат мой, и запоминай. Будешь цитировать своим детям, а они детям своих детей… Идеальных людей не бывает! У каждого есть хотя бы один недостаток. Кто-то толст, у кого-то лицо в прыщах, у кого-то ноги кривые, у кого-то фамилия звучит как у потомственного кретина или на зубах пластинка… И разумеется, находятся люди, которые счастливы об этом напомнить, чтобы жизнь медом не казалась. Вы злитесь, втайне страдаете, пытаетесь отшутиться, выискиваете убийственные фразочки…
– Они почему-то не срабатывают! – перебил Коля.
– Ты мудр, сын мой. Разумеется, они не срабатывают. А почему? Потому что тебе обидно и больно, а эти пиявки всегда чутко реагируют на чужую боль. Их не проведешь. И пока тебе будет обидно, они станут упорно присасываться и не оставят в покое, пусть даже их собственная кривоногость втрое превышает твое базовое косоглазие.
Ягун сделал паузу, зорко высматривая, нет ли новых слез.
– Ты не думал, почему все цепляются к тебе, а не цепляются к какому-нибудь Васе, у которого три раза в день лопаются сзади брюки? Или к Зое, у которой передние зубы торчат изо рта? Или к Роме, у которого уши в последний раз мыла акушерка в роддоме? Что, у них придраться не к чему? – продолжал он.
– Думал, – убито кивнул Коля Кирьянов.
– И что? А причина, брат ты мой, в том, что и Вася, и Зоя, и какой-нибудь Петя, у которого все лицо сплошной прыщ, плевать хотели на свои недостатки. Они их не скрывают и не комплексуют. Им не больно, и несчастным пиявкам не к чему присосаться. Ясно тебе?
Коля Кирьянов задумался. Его глаза-тарелки провернулись в орбитах. Ягун попытался уследить за зрачком, но подумал, что сделает это в следующий раз.