В первые дни войны, когда фашисты развернули танковые армады на спешке, они нанесли мощный удар, прорвав оборону советских войск. В Западном Особом округе критическая ситуация обострялась, узким карманом вжимая немецкие танки между армиями союзников севером и югу.
Спортсмен в прошлом, подумал Соколов.
– Поставьте бронетранспортеры на той и на этой стороне поляны кормой в центр. Пулеметчиков в кузов, броневые щитки на стеклах кабины опустить. Боевое охранение назад и вперед. С других сторон к нам не подойти – рельеф не позволяет. И поставьте бойцов разжигать костры, варить горячую пищу.
– Есть! – козырнул сержант, сразу успокоившись, как понял по его лицу Алексей.
Так всегда, подумал Алексей. Когда кто-то принимает решения, когда командир ведет себя уверенно, то и бойцы успокаиваются.
– Никитин, Логунов! – Соколов подозвал командиров отделений: командира башни своего танка и командира «девятки».
Он приказал развернуть Никитину свой танк, чтобы пулемет смотрел на дорогу, приготовить осколочные снаряды на случай внезапного огня.
Прежде чем в двух котлах закипело и забулькало варево и по поляне поплыл запах пищи, четверо солдат на краю выкопали могилу Горбунову. Полковника завернули в плащ-палатку и осторожно опустили в яму.
Майор вышел к могиле, поправил ремни портупеи, согнав назад складки гимнастерки. Он откашлялся и посмотрел на собравшихся рядом бойцов."
"– Товарищи! – заговорил Сорокин сильным, уверенным голосом. – Враг подло и коварно напал на нашу Родину. Он топчет нашу землю, сжигает наши города и села. Нам с вами партия и народ вручили оружие, чтобы защищать родное Отечество.
