Автор
В тишине. Таргитай одним рывком бросил Меч в перевязь. Промет медленно приподнялся на локтях, лицо бледное и напряженно изогнуто от боли. Он шепотом благодарит за спасение, но Род несправедлив – подчеркивает дудошник. Вздохи печали весят легендарного воина, как тяжесть сгинувших дней и мечей....
Краем глаза невр заметил, что на лицах дружинников проступил благоговейный ужас, а руки мелко дрожат.
– Гм… Дозволь слово молвить, мой царь, – произнёс Медгарв.
Алкедон медленно кивнул. Взгляд всё ещё не отрывается от сияющего клинка, по которому, точно спешащие дорожки муравьёв, пробегают голубые искры.
Воевода что-то долго шептал правителю, пока выражение царского бородатого лица не изменилось. Гнев ушёл, из глаз исчез яростный блеск.
– Добро, – молвил царь неохотно. – Вели освободить этого Степана.
Он бросил на Таргитая предостерегающий взгляд.
– Теперь за него в ответе ты, варвар! Ежели сей преступник учинит в городе ущерб, непотребство аль прочие беды, спрос будет с тебя!
Часть 3
Глава 1
Заполненная народом площадь шумит и гудит вокруг неспешно бредущего Таргитая. Не приходится даже проталкиваться – все и так уступают дорогу, завидев могучего варвара в волчьей душегрейке.
Со всех сторон доносится шум голосов. На жаровнях готовят ломти мяса или рубленное на маленькие кусочки, продают, предлагая запить сладким щербетом.
Рядом идёт настороженный Медгарв. Ладонь лежит на рукояти меча, грозно зыркает по сторонам. Замечая царского воеводу рядом с богатырем, народ благоразумно убирается с дороги.
Остановившись под сенью статуи женщины с кувшином, из которого в мраморный бассейн льётся вода, невр подошёл к ближайшей жаровне.
Похлопав себя по карманам, Таргитай повернулся к воеводе. Тот с неудовольствием вытащил кошель и бросил чернявому продавцу монету.
Тарху тут же вручили прут с кусками истекающего соком мяса. Ноздри затрепетали от сводящего с ума запаха. Он принялся хватать зубами и жевать, глядя по сторонам с набитым ртом.
– Как в тебя столько лезет? – спросил Медгарв с неодобрением. – Ты ж трапезничал перед тем, как вышли!
– Это было давно, – ответил дударь сквозь чавканье. – Ммм… я… эм… ням… ням..
– Прожуй, потом скажешь, – отмахнулся воевода.
Он протянул торговцу ещё одну монету.
– Налей-ка нам кваса.
Черноволосый мужичонка обрадовался, что у него покупает сам царский воевода, весь расцвёл. Быстро налил в глиняные стаканы квас из бочонка. Медгарв отхлебнул сам, а второй протянул Таргитаю.
Едва дудошник отпил, как на мгновение замер, глаза вытаращились. Изо рта вырвался едва слышный звук – похожий на собачий скулёж.
