Автор
В тишине. Таргитай одним рывком бросил Меч в перевязь. Промет медленно приподнялся на локтях, лицо бледное и напряженно изогнуто от боли. Он шепотом благодарит за спасение, но Род несправедлив – подчеркивает дудошник. Вздохи печали весят легендарного воина, как тяжесть сгинувших дней и мечей....
На лицах жажда увидеть, как один будет избивать, а другой просить пощады, роняя кровавые слюни и сопли.
– В яму их! – крикнул Кологор, указывая на провал в десятке шагов от Таргитая, куда уводят ступени. Там видны блики света, слышится рычание псов. Запах собачьей мочи и шерсти бьёт в ноздри удушливой волной.
Таргитай быстро вскинул голову, взглядом нашёл лицо прекрасной княжны. Она не отводит исполненный печали и жалости взор. Смотрит столь завораживающе, что и предстоящая смерть кажется не такой уж страшной.
Певец в этот миг забыл обо всем: об Олеге и Мраке, о битве в Долине, о Пере Рода, что греет кожу под волчовкой. Весь мир и княжеские палаты исчезли, осталось лишь лицо прекрасной княжны – строгие черты, чёрные брови и глаза, похожие на бездонные лесные озёра.
Мощный толчок бросил невра вперед. Замечтавшийся певец споткнулся, почувствовал, как что-то рыбкой выскользнуло из-за пазухи, и со стуком запрыгало по камням пола.
– Что это у него там? – раздался спокойный женский голос. – Покажите!
Гомон гостей притих.
– Дудочка, ваша милость! – промолвил Кодлан. Нагнувшись, он сгреб пальцами выпавшую сопилку и поднял над головой, чтобы все присутствующие могли рассмотреть. – Обычная деревянная дудка! У меня дети в такие дудят.
Гости за столами заговорили громче, начали хохотать. Таргитай ощутил множество насмешливых взглядов, увидел, как тычут блестящими от жира пальцами и руками, сжимающими обглоданные кости.
– Пусть сначала сыграет! – повелела княгиня. – Подраться успеют всегда.
– Любезная Аграфена, – сказал князь, с трудом скрывая недовольство. – Я потом велю прийти гуслярам, они ждут в людской! Перед тобой головорез, а не дудошник! Этот зверь убил семерых моих воинов! Наверняка, отобрал сопилку у ребёнка! Готов поспорить: он и играть-то не умеет.
– Кологор, прошу тебя, – повторила княгиня. – Воины не носят дудочки при себе просто так. Под видом странников по земле ходят боги.
– Отец, – раздался звонкий девичий голос, в котором прозвучали стальные нотки. – Пожалуйста, позволь ему сыграть!
Таргитай почувствовал, как губы расползаются в улыбке. Сердце начало трепыхаться со щенячьей радостью. Раз уж сама княжеская дочь попросила о песне… Это прекрасное создание стоит того, чтобы сыграть перед смертным боем.
