Автор
В глубине ровной лесной рощи я высказал свое сомнение по поводу его рассказов, и это удивило таинственного хитреца, вызывая в нем гнев. Он показал мне старую рукопись и кучу высыхающих отчетов, чтобы доказать свою правоту.
Но мне пришлось самому порядочно удивиться: вы сидели на дереве… с павианами…
— Ну, да, так что же? — она сказала это равнодушно, как будто барышня, интимно беседующая в джунглях с дикими зверями, была самым обыкновенным явлением.
— Боже, как это было ужасно! — воскликнул Морисон.
— Ужасно? — повторила Мериэм, с удивлением поднимая брови. — Что ж тут ужасного? Это мои друзья. Разве это ужасно, когда разговаривают с друзьями?
— И вы действительно говорили с павианами? Они понимали вас, а вы — их?
— Конечно!
— Но ведь это — отвратительные животные, самые мерзкие, самые низкие животные…"
"— Они совсем не мерзкие! — ответила Мериэм.
— На время? — вскричал Морисон, — не хотите же вы этим сказать, что собираетесь снова вернуться к ним? Ну, знаете, мы уже договорились… до нелепости! Нет, вы просто мистифицируете меня, мисс Мериэм! Вы когда-нибудь хорошо обошлись с этими павианами, они вас узнали теперь и не тронули; но чтобы вы когда-нибудь среди них жили… нет, нет, это слишком нелепо!
— Тем не менее, это так! — настаивала девушка.
Голос ее задрожал. Она совершенно забыла, что собиралась подразнить мистера Морисона.
Некоторое время они ехали молча, погруженные в собственные мысли.
Перед девушкой вставал образ прекрасного юноши, с леопардовой шкурой на плече. Вот он возвращается с охоты, прыгая по ветвям деревьев с еще теплой добычей за плечом; за ним виднеется грузная фигура огромной человекообразной обезьяны; Мериэм смеется и радостно прыгает на гибких ветвях, приветствуя их возвращение.
