Трещал костер, на который сбоку кто-то разместил большой, черный от копоти котел. В нем что-то бурлило, но мясной запах уловить я не могла. Нос окончательно заложило.
— Эй, — прокричал громко темный маг. — Где главный? Мы привели для него давно желаемую добычу!
Вздохнув, я стиснула плечо моего союзника и тихо шепнула:
— Время тебе сбегать, опусти меня.
Он плотно закрыл глаза и подчинился.
Глава 107
Оказавшись на холодной, влажной земле, я аккуратно поднялась на четвереньки и прогнула спину. Никогда до этого момента и не подозревала, что так сильно могут болеть лопатки. Раздался хруст костей, и перед глазами расплылись красные круги.
Затошнило. Во рту появился противный горький привкус. Медленно выпустив воздух из груди, обернулась на Зейна, он отходил к первым домам.
Его взгляд метался от меня к шалашам бешеных.
Покачав головой, я вытаращилась на него, требуя исчезнуть.
Он нехотя кивнул и снова сделал несколько шагов назад.
Столько страха было в его взгляде. И вины.
«Уходи», — шепнула губами.
— Где главный? — снова закричал темный, не замечая, что у него стало на одного меньше в подельниках.
Вздрогнув, я опустила голову. Боль нехотя отступала.
— Вы что здесь все оглохли! — распалялся маг.
На его ор из шалашей вывалили псы. Волками их назвать язык не поворачивался. Мужики самого разбойничьего вида, одетые в лохмотья, с обветренными щербатыми лицами. В их глазах проглядывало безумие и одержимость. Эти убьют за просто так и не поморщатся.
Мой взгляд прошелся по своре и остановился на самом крупном из перевертышей. Он сидел, прислонившись спиной к толстому трухлявому пню, ну прямо заросший одноглазый детина. Медведь. Он совершенно не обращал внимания на прибывших магов, а методично точил свой огромный нож об кусок кожи.
Крики, суета — все это обтекало его и не волновало.
Мое внимание привлекли его руки с яркими темными путами раба на запястьях.
В горле пересохло, а в животе заныло.
Отвернувшись от него, осмотрелась внимательнее. Было в этом месте что-то такое знакомое. Я шарила по деревне своры взглядом и нашла... В стороне от шалашей огромная палатка из выделанных шкур. Круглая, с конусовидной срезанной крышей. И я точно знала, что в центре там отверстие для дыма очага."
"Моргнув, снова выдавила из груди воздух и размяла шею, как же она ныла. Выть хотелось от невыносимой муки.
Рассматривая палатку, заметила возле нее девушку. Молодую совсем, может, моя ровесница. Отчего-то она притягивала взор. Смущала. Ее поза казалась странной. Платье ветром задралось до колена, и никто ткань не одергивал. Да и сидела она без движений, прикованная к тонкому дереву цепью, опоясывающей ее талию. На горле веревка, совсем как та, что разбойники протягивали через мою голову.