Автор
В глубокой тьме комнаты, он закрывает меня собой, как папа в детстве - слегка прижимая к стене. Каждое его прикосновение пронизывает страхом до самых ушей, заставляя замирать от удара и неподвластной уверенности в себе. Взоры наполняются атмосферой нереальной силы, создавая обволакивающий кокон из безуменного спокойствия....
Пальцы ведут по плечам, я в них цепляюсь мертвой хваткой. Мурашки табуном прогуливаются по коже.
Я никогда не думала, что меня настолько крыть будет в близости с кем-то. Просто от прикосновений к коже, от поцелуев, от объятий, способных свести с ума.
Я с такой упоительной радостью и наслаждением прижимаюсь к губам Жени, что происходит маленький взрыв, в котором мы сгораем. Полустон нарушает тишину, звук влажных поцелуев проносится самым ярким пятном в сознании, где всюду вязкая патока вожделения.
От одежды избавляемся так быстро, как будто и без нее были. Прикосновения к распаленной коже как купание в горячих источниках, до потери пульса.
Рывок, и я уже на руках, прижимаюсь всем телом к открытому огню самого желанного тела. Женя удерживает меня за бедра, массирует ягодицы пальцами.
Мы падаем на кровать и теперь я проезжаюсь по эрегированному члену влажными складочками.
В голову приходит мысль, от которой дрожь становится сильнее. Упираюсь ладошками в грудь мужчины и смещаюсь так, чтобы ягодицами ощущать член, а сама шепчу:
— Хочу сверху, — выходит хрипло, до агонии непривычно.
Взгляд Жени мутнеет, становится вязким. Он кивает и приподнимается, опускается к груди и проводит языком по выступающей горошинке, а ладонями толкает меня ближе к себе. Разряд тока ударяет в грудину, запуская сердце с новой силой. Кровь разносится по венам кипящей лавой.
Волосы прилипают к спине, шее, а Женя мягко отодвигает их в сторону и слизывает бегущую по разгоряченной коже капельку пота.
—Ты только не торопись, хорошо? Хочу в этот раз насладиться по полной, — шепчет на ухо Женя, наклоняя меня собой. Он ищет что-то в кармане брошенных на пол брюк, а найдя — тут же разрывает упаковку. Ну да…в этот раз мы не торопимся.
Возвращаясь в исходную точку, держит в руках презерватив, сдвигает меня на кровать, а сам начинает растягивать латекс по крупной головке и дальше по стволу. Только при виде этой картины во рту скапливается слюна, а между ног становится слишком влажно и горячо.
—Поможешь, да?
—Не сомневайся даже, — ухмыляется и впивается в меня болезненным поцелуем, одновременно с этим толкая меня на себя. Мы падаем на кровать, теперь я сверху, переплетаемся руками и ногами так крепко, что сложно дышать. Мы дышим друг дружкой, перенимая каждый вздох друг дружки.
Меня на части рвет от желания, внизу живота давно открытый огонь, испепеляющий плоть.
