Автор
В глубокой тьме комнаты, он закрывает меня собой, как папа в детстве - слегка прижимая к стене. Каждое его прикосновение пронизывает страхом до самых ушей, заставляя замирать от удара и неподвластной уверенности в себе. Взоры наполняются атмосферой нереальной силы, создавая обволакивающий кокон из безуменного спокойствия....
Новый вираж — словно езда на американских горках. От очередного оргазма я кричу, окончательно уплывая куда-то в грезы, в себя прихожу, когда крупная головка врывается в меня, одновременно с этим знакомые руки опускаются на грудь и сжимают ее в такт движениям члена.
Кончаем одновременно, а затем переплетаемся крепко-крепко, не сдвигаясь с места. Внутри меня пульсация, вокруг— кокон. Я самый счастливый человек в мире.
—Люблю тебя, — шепчу в грудь Жени, на что он только сильнее сжимает меня в объятиях.
—Люблю, — звучит едва слышно мне в ухо.
Большего мне не надо.
Глава 43
СВЕТА
Просыпаюсь рывком, но тут же оседаю в жарких объятиях Жени. Я лежу на нем сверху, сплелась руками и ногами крепко-крепко. Он рассматривает мое сонное лицо с каким-то одержимым вожделением. Смущенно улыбаюсь в ответ, опускаясь к родным губам.
—Привет, — выдыхаю ему в губы, на что Женя не реагирует. Так и рассматривает, а потом и вовсе перекидывает меня на спину и придавливает собой.
—Привет.
На его лице нет эмоций, только ширма, скрывающая все.
Внутри образуется тугой узел, я все еще улыбаюсь, хоть и предчувствую нечто неладное.
—Что-то случилось? — веду ладошкой по небритой щеке, на подушечках пальцев оседает вожделение. Так всегда, стоит мне просто коснуться его.
Женя изучает мое лицо, и, прикрыв глаза, отрицательно машет головой.
Душа ухает в пятки. Что-то точно случилось, но он не говорит.
—Женя?— голос мой дрожит, а мысли хаотично разлетаются в голове. Догадок слишком много, но самая главное — отец все узнал, к примеру.
—Пообещай мне верить всегда, что бы ни случилось. Всегда-всегда, — он перехватывает мое лицо и с силой прижимает к своему.
Внутренности холодеют, ведь голос и интонация, с какой мой мужчина произносит эти слова, пугают похлеще всяких преследователей.
—Я обещаю верить, Женя. Что случилось? Папа?
Но вместо ответа меня ожидают жадные касания, до боли, до физической и душевной. Одержимые поцелуи, способные растопить тело. Глухие стоны и алчные объятия.
Все происходит так резко, что я не сразу понимаю, что полностью распластана под ним, что ноги обхватывают талию, что член упирается в увлажненные складочки, что возбуждение достигает пика. Головка грубо вторгается в меня, одержимо, по-звериному.
Словно у нас так мало времени, что мы не успеем.
Переворачивает меня рывком и, перехватив за шею, тут же берет меня со спины, раздвинув ноги максимально широко и уместив вторую ладонь на ягодицу.
