— Ну что ж, молодец, хорошо держишься, даже сходу их за мыслящих существ приняла, — неожиданно похвалила меня ведьма. — Идти сможешь?
— Да, конечно, — с готовностью подтвердила я.
Ведьма смерила меня скептическим взглядом, хмыкнула и с такими знакомыми язвительно-издевательскими нотками скомандовала:
— Угу, сядь! Марфа Васильевна, порошок девясила ей и настойку зверь-травы. Живо.
Домовиха бросилась к столику, в то время как вторая приподняла и поила девушку, которая с каждой секундой все розовела и больше не была похожа на умирающую. Я же откровенно испуганно смотрела на Благодать Никаноровну, потому что… потому что я села. Вот как она ее «Угу, сядь!», так я с перепуга и села.
— Слушай, прелесть моя, — ведьма продолжала задумчиво на меня смотреть, — а ты вообще в курсе, что магия целителей в принципе не влияет на ведьмочек?
Тяжело вздохнув, я безропотно приняла порошок девясила из пухлых ручек домовихи, запила все водой с разведенной в ней настойкой совершенно неизвестной мне травы, а затем ответила:
— Да. Я знаю. У меня на руках умерла ведьмочка. Ей было пять.
Говорят, каждый адепт целительского факультета прежде чем стать магом-целителем должен наполнить свое кладбище… Эту поговорку я часто слышала, именно ее говорили нам, когда погибал пациент… Не знаю, правда ли, но лица тех, кого исцеляешь благополучно забываются быстро, а те, кто умер — не забываются никогда. Я помнила всех, кого не смогла вылечить.
— Что ж, земля ее дала, земля приняла, — проговорила ведьма. — В любом случае, благодаря ее смерти сегодня Людмила осталась жива.
Ведьмочка, неловко поднялась с постели, встала, переводя взгляд с меня на Благодать Никаноровну.
— И чего замерла? — язвительно поинтересовалась та. — Бухайся давай на колени, в ножки кланяйся, за жизнь свою никчемную благодари давай.
— А… — протянула ведьмочка.
— Чего стоишь? — рыкнула на нее ведьма. — В центральный зал, живо! Истеричка! И чтоб пятки сверкали, выйду в коридор проверю! Марш!
Девушка отшатнулась, а затем стремглав помчалась куда послали, не заметив самодовольно-коварную улыбочку Риш.
— Благодать Никаноровна! — укоризненно выдохнула одна из домовых."
"— Что? — словно не понимая, вскинула бровь ведьма. — Между прочим при сердечных недомоганиях физические упражнения полезны. Кстати, чего мы стоим, а?
Домовые тоже ринулись наутек.
И я осталась наедине, с более чем странной ведьмой. Она же, изучая меня внимательными черными глазами, протянула, словно пробуя на вкус:
— Леди Найрина Сайрен… Найрина… Найриша… Ага, буду звать тебя Найриша.
И как-то само собой сорвалось:
— Благодать Никаноровна, а вы с лордом Эллохаром случайно не родственники?!
Своего бестактного вопроса я устыдилась сразу же, но это я.