В хрустальных вазах праздника тонкий супруг видит будущее, когда его свекровь начнет собирать чемоданы. Такие же кошмары привидятся секретарше унывному шефу, когда он предложит подписать авансовый договор на дружбу. Волшебные слова здесь не просто слова любви или работы - они могут стать призывом к личной ответственности в самых невероятных ситуациях....
— Может быть, они не хотят меня подставлять? Знают, что ко мне могут придти с вопросами? Да и мне известно, что деньги эти грязные. Их бы я от Валерии не приняла. Я очень боюсь, что они решили, якобы, согласиться на убийство, встретиться с заказчиком и потребовать полного расчета.
Страшное предположение. За Алексея и Валерию остается только молиться. Один человек уже погиб.
Не известно, имеет ли убийство Коваленко связь с рассказом Нины Валентиновны, но предположить можно всякое.
Оставив замашки глухонемой мыши, в игру вступил Андрей. И сразу с подачи из центра поля:
— Как заказчик связывался с вашими родственниками? — Я признаться, об этом абсолютно забыла. Потом бы вспомнила, но уже километров за двести от Москвы.
Связь — вот место, где тонко и рвется.
— По Интернету. Ребята приходили в Интернет-кафе и получали там указания.
— А почему не дома? У них же был подключенный компьютер.
— Не знаю. Они ходили в Интернет-кафе, я слабо в этом разбираюсь. Этот человек присылал им распоряжения…
— Почему вы сказали «этот человек»? — уцепился Андрей. — Им показалось, что заказчик мужчина?
— Нет. Лера мне ничего не говорила.
— Жаль. Но почему у вас все же вырвалось «этот человек»? Подумайте, пожалуйста.
— Нет, нет, — затрясла головой Нина, — я ничего не знаю, это случайно вырвалось.
— Хорошо. Сколько раз заказчик связывался с вашей племянницей?
Теперь я сидела тихим болельщиком у кромки поля и любовалась работой бомбардира.
— Точно не могу сказать, — задумалась женщина. — Вначале, полгода назад, часто. А потом, как в воду канул, до двадцать первого апреля.
— Тогда совершенно непонятно, почему Валерия и Алексей продолжали там жить еще пять месяцев? Почему они не уехали?
— А куда им ехать? — вздохнула Нина.
Знала бы Нина Валентиновна, что именно эту «замечательную женщину» и просили скомпрометировать.
