Я шла по коридору школы, казалось, весь мир замер перед ней. Он выглядел больше обычного, словно кто-то невидимый расширил пространство и время вокруг. Но никто не стал бы так манипулировать реальностью в таких условиях — только больные и учителя, привыкшие к тому, что здесь все может быть не так, как кажется. В лазарете я провалялась целый месяц, забыв о прошлом мире, словно там время сжалось до мгновений....
– Я видела это у нее на лице, – тихо шепнула я Орлену. – Тогда, на вечеринке.
– На какой еще вечеринке? – ректор резко повернулся ко мне.
Как он мог услышать? У него что, слух как у летучей мыши?
– Просто вечеринка… – запинаясь, начала я.
– Сирра Брентор, – сурово сказал ректор, – не вздумайте юлить. Речь идет о жизни и смерти.
– Вечеринка была у меня, – подал голос Рилан. – Никто ни в чем не виноват, кроме меня.
– Надо же, какая похвальная храбрость. И по какому поводу веселились?
Теперь Рилан помолчал, потому что ответить на этот вопрос честно и не подвести вообще всех было невозможно.
– Полагаю, речь идет о традиционных смертельных гонках? – спросил он вроде как у всех, но смотрел исключительно на меня.
Я кивнула. А что мне оставалось делать? Он ведь и так был в курсе. Похоже, студенты ошибочно полагали, что магистру Линарду ничего не известно об их развлечениях. Но нет. Скрыть что-то от ректора невозможно.
– Ладно, с этим разберемся позже, – он смотрел на меня сурово и пристально.
– Эти же узоры… Только тогда они не были такими яркими. И вообще мелькнули лишь на мгновение. А когда она посмотрела в зеркало, пропали.
Ректор повернулся к магистру Калмин, которая, разумеется, уже стояла рядом. Мне показалось или на ее лице действительно были следы слез?
– Поторопите возницу. Эликсира хватит на несколько часов. Но после того как его действие закончится, ей лучше оказаться в лазарете.
Он окинул взглядом притихших студентов.
– Всем, кто был на той вечеринке, следует сегодня же явиться в мой кабинет, чтобы ответить на вопросы. А сейчас – быстро по местам. Вы мешаете."
"Ослушаться ректора никто не посмел, и все потянулись на свои сиденья. Все, кроме Орлена. Ну и меня.
Мне казалось, что ректор сейчас рявкнет ему что-то вроде: «А вас это не касается? Быстро на место!» и уже была готова вступиться, но ректор сказал другое:
– Я останусь здесь и присмотрю за ней. Вы ей не поможете.
– Хорошо, спасибо, – тихо проговорил тот, и мы уселись на свои места.
Я попыталась успокоить Орлена:
– Отчаиваться рано. Она жива, и ректор обязательно что-нибудь придумает. Он очень опытный маг, меня спас от смерти… Все будет хорошо.
Орлен поднял на меня взгляд, полный боли.
– Ты слышала, что он сказал? Это темная метка. Ничего не будет хорошо.
