В дневнике каракала полиции зафиксирован первый день в Дальний Лес, где зимой начинается белое одеяние земли. Анна Альфредовна описывает свое расставание с родной саванной и готовится к прилету в неизведанный мир снега на борьбу со страшными чудовищами.
Несколько праздных зевак – торговка Бородавочница, пара буйволов и Лама со светлой мордой – с любопытством пасутся тут же.
Я не успеваю сказать ни слова.
– Вас-то мне и надо! – возмущённо голосит вожак клина. – Вы полиция или кто? Куда вы вообще смотрели? Какие-то пассажиры расплатились фальшивыми кокошами за перелёт в Дальний Лес! Теперь у меня недостача! Моим аистам-перевозчикам не на что чистить пёрышки!
– Какие именно пассажиры заплатили вам фалькокошами?
– Так это вы мне скажите, какие именно! Это ж вы полиция, а не я!.
– Вот именно! Это же она полиция, а не вы! – поддакнул попугай Попка.
– …Я только знаю, что за два билета нам было заплачено фалькокошами! Мы это обнаружили, только когда стали менять кокоши на шиши в Дальнем Лесу. Вы же полиции каракал! Как вы такое могли допустить?
– По-вашему, полиции каракал – это ваш персональный бухгалтер? – взбесилась я. – Как я могла обнаружить, что вам дали фальшивые кокоши, раньше, чем вы это обнаружили сами?! И уж тем более – как я могла заранее это не допустить?
– Ах, вы хотите сказать, что бездействие полиции – это нормально? – вопросил Попка.
– Вот именно! – поддакнул вдруг буйвол. – С тех пор как эту назначили полиции каракалом, полиция постоянно бездействует!
– Конечно! Она же свою подружку медоедку знай выгораживает! – набычилась Бородавочница.
– Нас не проведёшь, мы всё знаем из новостей! – со сдержанным негодованием сказала Лама со светлой мордой.
– Да, Попка хороший! Попка и там, и там! – с гордостью кивнул Попка.
– Лично я всецело доверяю этому бесстрашному жёлтому журналисту, – добавила Лама со светлой мордой. – В отличие от предателя Вечернего Удода, который упорхнул за лёгкой жизнью в Ближнее Редколесье, бесстрашный журналист Попка при Жирафах Изысканных пострадал за правду и подвергся жестоким пыткам, но остался верен себе и нам! Остался с нами, зверя́ми!
– Попочка подвергся! Попочка остался!
– Попка – молодец, – подытожил вожак клина.
– Безобразие! – всплеснула копытами Лама.
– Полицейский беспредел! – хором взвыли буйволы.
