В дневнике каракала полиции зафиксирован первый день в Дальний Лес, где зимой начинается белое одеяние земли. Анна Альфредовна описывает свое расставание с родной саванной и готовится к прилету в неизведанный мир снега на борьбу со страшными чудовищами.
Гепард сделал молниеносный, точный рывок и придавил её лапой к земле. Потом он взял песчанку в зубы и принёс мне.
– Повволь мне вфё-факи тевя угофтить, – проговорил, не выпуская мышь изо рта.
Я посмотрела на мышь, болтающуюся в зубах Гепа, а та посмотрела на меня – безумными, выпученными глазами, похожими на два чёрных семечка маракуйи. Трепещущий розовый носик был в налипшем песке, и тонкие усики тоже казались прилипшими – тронь, и отвалятся. Я вспомнила, как Барсукот однажды тут, в «Возне», отпустил вот точно такую же мышь. А может быть – эту самую?..
Я вынула песчанку у Гепа из пасти – и отпустила.
– Зачем?! – он обиженно оскалился. – Ведь я же старался!
– Я знаю, Геп. Извини. Мне просто совсем не хочется есть. Давай лучше выпьем.
Мы молча подошли к щипавшей скудную сухую траву кобыле Бэлле.
– Подай-ка нам тёпленького, Бэлла, милашка!
– Вообще-то уже пора закрываться, – кобыла недовольно переступила копытами.
– Не будь говядиной, – Геп потрепал её по костлявой спине.
– Вам коктейль или в миски?
– Коктейль, – сказал Геп, и мы принялись потягивать тёплое игристое молоко из вымени Бэллы.
– Уверена, сами львы не верят ни в каких хищных сусликов, – сказала я, наконец оторвавшись от вымени. – Им просто нужна охота, чтобы отвлечь зверей от настоящей проблемы – нехватки воды. Тебе так не кажется?
– Это вполне возможно. – Геп оторвался от вымени и несколько раз облизнулся. Он явно готовился что-то ещё добавить, но не решался.
Он вылизал усы и шерсть вокруг пасти, потом обе лапы, грудь, даже поясницу вылизал, извернувшись.
Потом он зажмурился и сказал:
– Ты обещала дать мне ответ. Ты выйдешь за меня? Если я вернусь, мы поженимся?
Вообще-то я шла в ресторанно-досуговый комплекс «Мышиная возня» с намерением сказать ему «нет». Сказать ему, что моё сердце отдано Барсукоту. Но как такое скажешь самцу, которого завтра отправляют охотиться в Дикую Лесостепь?
И я не говорю ему «нет». И «да» тоже не говорю. Просто молча трусь своим носом о его нос – и он, конечно, трактует этот чисто дружеский жест так, как нравится ему, и начинает урчать на шестой или даже на седьмой громкости блаженства, и песчанки в ужасе выскакивают из норок, полагая, что это начало землетрясения.
– Эй, я не согласилась!
– Но ты и не отказалась! – Он чуть сбавляет громкость блаженства и, словно для того, чтобы не дать мне возможности сказать «нет», вдруг резко меняет тему: – Ты слышала? «Аистиный СЛОН» возглавит вожак Китоглав.
