В тиши темных московских ночей, где агентам сложно выследить соперника — не говоря уже о том, чтобы его услышать — Курочкин двигался бесшумно, словно на мягких войлочных тапочках. Его крепкое телосложение и вдумчивость делали из него незаметного снаряда, а осторожность помогала ему всегда знать, где находится следующий препятствие....
Ранение очень болезненное и опасное из-за большой кровопотери. Бедняга держался за подреберья, сдавленно мычал и катался по земле. Лучи прожекторов скользили поблизости, Иван навалился на Сидоренко, обхватил его руками чтоб тот не шибко дёргался, но разве же мог относительно щуплый Старцев справиться с огромным одесситим. Тот крутанулся, сломал ветку ивы, торчащую из земли, и оба выкатились за пределы безопасного коридора. Александр понимал, что в одиночку Иван не справится и отправил ему в помощь двоих бойцов, но те не успели.
Сугубо гражданским человеком он был всего месяц, затем поступил в уголовный розыск, служба в котором мало отличалась от армейской. Теперь он, разве что не ползал по асфальту, не до бывал языков, не подрывал трамвайных путей, не ходил под громкое ура в атаку.
Телефон висел на стенке, в вальнем конце общего коридора, и громкий звонок был едва слышен.
- Саша, тебя, - сообщила она, вернувшись.
- Кто? - спросил тот и откинул одеяло.
- Иван. Что-то опять случилось наверное?
- Да скорее всего, так просто Ванька по ночам никого не тревожит.
Нацепив тапочки, Александр выскочил в коридор:
- Слушаю, тихо сказал он в трубку.
- С добрым утром Саня! - послышался голос друга.
- А что уже утро? - не понял тот шутки.
- Нет конечно, около трёх ночи. Тут нашей группе ещё одно дельце подкинули, из той же серии, правда на сей раз чуток посерьезнее.
- Посерьезнее это как?
- С летальным исходом, убийство Саня, так чтоб быстренько собирайся и выезжай по адресу Гончарный переулок, дом три. Машину за тобой я уже отправил.
Оделся Васильков за минуту, он глотнул из стакана сладкого чая, предложенного супругой, подхватил портфель и выскочил в подъезд. Машина ждала его под уличным фонарём, напротив парадного, на заднем сидении зевал Олесь Бойко, проживавший на три квартала дальше от Петровки.
- Здорово, - Александр плюхнулся рядом с ним, - подробности убийства знаешь?
- Да разве же Иван по телефону расскажет, - отмахнулся товарищ, - приезжай говорит, всё на месте и увидишь."
"Ночные улицы были пустынны, до нужного адреса они домчались быстро. Когда машина свернула с Володарского на Гончарный, опера сразу заметили знакомый силуэт служебного автобуса.
