На роскошной даче оперной примадонны Марины Зверевой происходит серия убийств: убит её муж, задушена сама певица, убита её подруга. Следователь Игорь Градский должен разобраться, является ли это делом маньяка или преступления имеют более сложный замысел, связанный с секретами знаменитой певицы.
Раздел Chitat.online для книги «Темный инстинкт» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
На роскошной даче оперной примадонны Марины Зверевой происходит серия убийств: убит её муж, задушена сама певица, убита её подруга. Следователь Игорь Градский должен разобраться, является ли это делом маньяка или преступления имеют более сложный замысел, связанный с секретами знаменитой певицы.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Татьяна Юрьевна Степанова Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
На роскошной даче оперной примадонны Марины Зверевой происходит серия убийств: убит её муж, задушена сама певица, убита её подруга. Следователь Игорь Градский должен разобраться, является ли это делом маньяка или преступления имеют более сложный замысел, связанный с секретами знаменитой певицы.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Как потом на машине примчались сторожа и сообщили, что в городе «черт знает что творится — какой-то ненормальный заперся в квартире, угрожая убить жильцов». Как уже вечером Зверев поймал сообщение местного радио о том, что «задержание опасного преступника на Октябрьской улице и освобождение заложников прошло успешно».
Потом наконец позвонил Кравченко и велел передать Марине Ивановне, что с Шиповым все в порядке, дело с пистолетом «утряслось пока что», беглец из сумасшедшего дома мертв и… «Скажи ей, Серега, что можно в деле гибели ее мужа поставить точку.., если она пожелает, конечно, эту точку поставить. Скажи — ей самой теперь решать. Словом, ты найдешь, как это сказать. А мы с Егором еще маленько задержимся, так что не волнуйтесь. У нас все нормально».
Вернулись они только в третьем часу утра. Сидоров с грехом пополам довез их до ворот, мигнул фарами и так же с грехом пополам отбыл восвояси. Шипов, еле державшийся на ногах, едва не перебудил весь дом.
— Где Марина Ивановна, я хочу ее видеть! — заявил он, когда Кравченко и Майя Тихоновна (она снова не спала, жалуясь на бессонницу, сидела в гостиной, читала книгу) пытались его урезонить. — Майя Тихоновна — ша! Ос-с-ставьте вы меня в покое, вы ничего не понимаете. Ни-че-го! Пустите меня, мне надо с ней поговорить!
— Тише, с ума, что ли, сошел? — шипела аккомпаниаторша. — Она спит, не смей к ней, слышишь? Егор, я кому говорю?! Не смей!
Но Шипов-младший, шатаясь, ринулся через весь дом и ударом ноги распахнул белые двери спальни. Марина Ивановна, приняв снотворное, крепко спала, уткнувшись в подушку. Когда Кравченко на цыпочках прокрался в спальню, то увидел, что Егор стоит у ее кровати на коленях.
— Прекрати. Не буди ее, слышишь? Ну брось, пойдем, — Кравченко потянул его за кожаную безрукавку, — не время сейчас для таких игр, парень. Да и не по возрасту они тебе.
— Уйди, — Шипов прятал глаза. — Будь человеком. Ну пожалуйста.
И Кравченко ушел спать: черт с вами со всеми. Этот длинный день пора было закончить. Хоть как-нибудь.
Спал он долго — пропустил и дождь, и завтрак. И как ему впоследствии казалось, что-то еще, очень и очень важное.
А Мещерский поднялся в половине восьмого. И сразу ощутил, что атмосфера в доме стала совершенно иной.
В столовой Александра Порфирьевна, бодро попыхивая «козьей ножкой», накрывала на стол. Дым самодельной сигары уносился в открытое окно, под струи дождя. На подоконнике работал радиоприемник: передавали духовную музыку.
— Доброе утро, Александра Порфирьевна, — поздоровался Мещерский.
— Здравствуйте, Сереженька. Какое утро-то сегодня, а? Хоть потоп вселенский, а на душе вроде легче. Садитесь, я сейчас окно закрою. Это я проветриваю, Мариночка не любит, когда накурено, ей вредно. Давайте я вам кофейку налью горяченького.
