Закрытая серия "Тень Великого Древа" приводит читателя к опасной атмосфере глубокой ночи и бесконечных степей, где жизнь почти мертвой ставится в зависимость от одного прикосновения. Сюжет затягивает, как тихий шорох ветра по лианам древнего растения, а каждое слово создает ощущение безвыходности и предательского замысла надежд....
Северяне уселись бок о бок, долго молча дышали свежим морозным воздухом. Мира сказала:
- Соболезную вам.
- Благодарю.
Снова молчание. Она ощутила неловкость и стыд, и вину.
- Милорд, вы сильно пострадали из-за…
- Оставьте сочувствие, - он махнул рукой. – Я сам рисковал, вот и доигрался. Это моя личная глупость, больше ничего.
- Тогда скажу другое. Ваш план был гениален. Мы с лордом Десмондом лишь немного его доработали.
- А вы прекрасно придумали лабиринт и устранили Пауля.
Посмотрели друг на друга. Обоим не хватало слов: Эрвин слишком устал, Мира слишком волновалась за Нави.
"- Я вам должен сказать, - начал Эрвин, - сейчас только подберу слова…
Она ответила:
- Уже подобрала. Я была неблагодарной дурой. Враждовала с вами, огрызалась, как цепной пес. Но когда стало тяжко, рядом остались лишь вы и ваша семья. Простите меня, если можете.
- И вы простите меня, - ответил Эрвин. – Вы – свет и надежда этой несчастной империи.
- У нас много лет впереди, - сказала Мира. – Научимся ценить друг друга, правда?
- Думаю, уже научились. Я буду счастлив, если Палата изберет вас императрицей.
- А если изберут вас, я стану самым преданным вашим вассалом.
Ударили кубком о кубок. Мира добавила:
- Только не забывайте слушаться моих советов.
- В том, что касается собачьих гонок?
- Абсолютно во всем.
К ним подошла Иона, и сердце Миры пропустило удар.
- Жив?..
- Не только жив, но и пришел в себя…
Однако Иона выглядела скверно. Эрвин с Мирой поднялись, каждый уступил ей место.
- Миледи… простите, владычица… произошло нечто странное… - Иона налила себе орджа.
- Что с Натаниэлем?!
- Он очнулся еще до того, как я окончила. С проломленным черепом взял и открыл глаза.
- О, боги!
- Меня испугало другое. Когда он понял, что будет жить, то простонал: «Зачем?..»
Минерва усадила Иону в кресло. Ориджины взялись за руки, пальцы были худы и белы.
И тут Мира впервые увидела Эрвина с Ионой нагими. Без агатовского блеска, без воинской мощи, ледяных доспехов, прикрас. Просто два измученных, ранимых человека, держащихся за руки. Ее захлестнуло сочувствием. Когда становится темно, понимаешь истинную цену света. Иона сто раз говорила: «Мы вам не враги». И это всегда было правдой: не враги, а нечто прямо противоположное.
Мира подала Ионе самое дорогое – чашку с кофе.
- Вы спасли моего друга.
