Весна застывает в зелени и радужных оттенках, а девушки медленно переодеваются из теплых пальто в тонкие юбки. Жора Бурундук замечает два странных существа на Каштановой аллее: одна в коротком платье с распущенными волосами, а другая в джинсах, укороченных до самых колен. Этот тихий парк становится местом, где обыденность смешивается с неожиданностью....
Олег в окно выпрыгнул, а я выстрелила…
– Поэтому и сбежали?
– Да. Здесь, в Москве обосновалась… Девочки у меня… Ну, и сама по мелочи…. Думала, затерялась. А оно вон как вышло… Э-э, я не поняла, это что, прокуратура? – запоздало встрепенулась Валерия.
– Нет, это казино.
– Я не поняла, а что, у нас в казино следователи заправляют?
– Бывшие следователи.
– А сейчас ты кто?
– Сейчас я владею этим казино.
– Круто! Слушай, может, договоримся? Я девочек своих приведу, ты процент получать будешь…
– Я так мелко не плаваю, – усмехнулась Марина.
– Ну да, нам так не жить. А если жить, то недолго… Ты что, Фарадею меня сдашь?
– А ты этого боишься?
– А сама как думаешь?
– Нет, я не сдам тебя Фарадею…
– Уф! – облегченно выдохнула Махорцева.
– Но ты можешь сесть в тюрьму. За соучастие в преступлении.
– Да это не так страшно… Хотя, может, договоримся? Ты же не следователь, зачем тебе это все? А я могла бы работать на тебя. Бесплатно. Ну, почти…
– Кто убил Мишина? – хлестко, без предисловий спросила Марина.
– Кого? – вскинулась Валерия.
– Майора Мишина.
– Мента?
– Милиционера.
– Ну да, мента… Вайс что-то рассказывал про мента.
– Кто рассказывал? – похолодела Марина.
– Вайс… Ну, ты должна знать, если про меня знаешь. Он в Олега стрелял…
– Я в курсе.
– Мы с ним любовь крутили.
– Что?!
– Он меня нашел, за Цимбала хотел спросить. Как будто я виновата в том, что Цимбал меня унизил… А он правда меня унизил. Вайс это понял и не стал спрашивать. И еще, я ему понравилась.
– Что он тебе рассказывал?
– Ну, он пришел ко мне, запыхавшийся такой. Я смотрю, кровь у него на рукаве. Что такое, спрашиваю. А он мне – да мента, говорит, убил…
– Когда это было?
– Ну, тогда и было, когда я сбежала. В девяносто шестом…
– Когда именно?
– В июне.
– А точней?
– Так, сейчас… У меня пятого день рождения. А это дня через три было… Ну, где-то так…
– Восьмого июня?
– Да… Воскресенье было.
Марина до боли закусила губу. Именно в этот день и был убит Миша. И сделал это Вайс. Натура у него такая кровожадная, потому сам лично устраняет своих врагов и конкурентов. Фарадеев – яркий тому пример…
– Куда он к вам пришел?
– Домой.
– Куда домой? Туда, где ты жила с Фарадеевым?
– Да, туда он и приходил…
– И что, Фарадеева не боялся?
– Боялся?! Да он встречи с ним искал. Узнал, что я с ним живу, приходить стал.
