Весна застывает в зелени и радужных оттенках, а девушки медленно переодеваются из теплых пальто в тонкие юбки. Жора Бурундук замечает два странных существа на Каштановой аллее: одна в коротком платье с распущенными волосами, а другая в джинсах, укороченных до самых колен. Этот тихий парк становится местом, где обыденность смешивается с неожиданностью....
Может, это из-за того, что вы рядом. И раны болят, и дух захватывает, потому и горит все… Но я не отказываюсь выслушать ваши вопросы. И даже готов во всем признаться.
– В чем именно вы готовы признаться?
– В том, что вы мне очень нравитесь. Как женщина. И как следователь тоже.
– Обойдемся без комплиментов, – недовольным и строгим тоном произнесла Марина.
– Да, но больше мне не в чем сознаваться. В остальном я перед вами чист… Кстати, мои помыслы перед вами тоже совершенно чисты. Вы же не думаете, что я набиваюсь к вам в любовники после того, что произошло? Мне кажется, вы очень любили Мишу…
Марина пропустила его реплику мимо ушей.
– Скажите, Олег Андреевич, почему Аникеев хотел вас убить?
– Я мог бы вам соврать, мог бы сказать, что я застукал его в постели с Калерией. И хотя это недалеко от истины, я этого не скажу. Потому что не могу вам врать!
– Что значит «недалеко от истины»?
– Я нашел его в шкафу в спальной. Калерия делала вид, что спала, а он прятался в шкафу. Возможно, между ними что-то было.
– Нет, следствием установлено, что преступник проник в дом через балкон. В балконных дверях обнаружены радиальные вырезы, которые позволили их открыть…
– Ну, может быть. Но факт остается фактом, Калерия лежала в постели, а Вайс находился в шкафу рядом с ее постелью. С нашей постелью.
– Почему Аникеев хотел вас убить?
– Отвечу прямо. Не знаю, с какой дурости, но Аникеев решил, что это я убил его друга Цимбала.
– Это, конечно же, не так?
– Нет, конечно! Да, у меня был конфликт с Цимбалом.
– Как это произошло?
– Не знаю. Слышал, правда, что Цимбала застрелил снайпер. Но я-то не снайпер и никогда им не был. В армии служил в танковых войсках, а в милиции вы знаете, какое оружие…
– Я хотела бы знать, как Цимбал надругался над Калерией.
– Это личное. И я бы не хотел об этом говорить, – с трагическим видом вздохнул Фарадей.
– Я слышала, что вы содержите кафе «Пигаль» на улице Свердлова.
– Я содержу?! Нет, я его не содержал. Просто там работала Калерия, поэтому я иногда и бывал в кафе…
– Кем она работала?
– Скажем так, старшей официанткой.
– И какие блюда подавала?
– Горячие. Очень горячие. Но сама не подавалась. Пока не появился Цимбал… Да, кафе это не простое, с эротическим уклоном. Но я имел к нему весьма опосредованное отношение.
– Но ведь имели.
