Весна застывает в зелени и радужных оттенках, а девушки медленно переодеваются из теплых пальто в тонкие юбки. Жора Бурундук замечает два странных существа на Каштановой аллее: одна в коротком платье с распущенными волосами, а другая в джинсах, укороченных до самых колен. Этот тихий парк становится местом, где обыденность смешивается с неожиданностью....
"
"– Умоляю вас, Марина Германовна, не надо делать из меня чудовище. Поверьте, я совсем не такой! Калерия вам это подтвердит. Если, конечно, вы сможете ее найти и если она будет живой… Бедная женщина, мне даже страшно подумать, что с ней могли сделать эти звери.
– Эти звери не пытались выйти на вас? Не пытались шантажировать Калерией?
– Нет. Они думают, что я такая же тварь, как и они. Думают, что, если Калерия меня предала, мне она больше не нужна. А она мне нужна. И я ее прощу. Ведь Аникеев заставил ее предать меня.
– Да, говорят, – с грустью в голосе произнесла Марина, – но это к делу не относится.
– Я бы сказал, это мешает делу. Следователь должен быть беспристрастен к подследственному, иначе он будет не объективен.
– Спасибо за прописную истину. Я обязательно это учту. И обещаю вам, что на чары Аникеева не поддамся. На это у меня иммунитет.
– Вам видней… Мне кажется, что лекарство действует: меня клонит в сон. Давайте оформим опознание, пока я не заснул, – снова изобразил беспомощную улыбку Фарадей.
Он действительно чувствовал себя паршиво, но при этом был полон желания действовать. Он должен переиграть Вайса, и эта женщина ему в том поможет.
Глава 8
Грин заметно сдал. Похудел, осунулся, и взгляд стал какой-то пришибленный, и это при том, что он бодрился, хорохорился.
Вайс встретился с ним в прогулочном дворике. Пришлось заплатить ментам, чтобы по расписанию их камеры выходили на прогулку в одно и то же время. Финансовый канал действовал пока что безотказно, хотя все могло закончиться в любой момент.
– Ну вот и свиделись, брат! – Вайс подал ему руку, они приобнялись, как водится в таких случаях.
– Да надо было увидеться, – как-то вымученно улыбнулся Грин. И опасливо оглянулся, словно боялся, что их заметят надзиратели.
Вот уж чего не стоило бояться, так этого… Не нравилось Вайсу поведение друга. Что-то не то с Грином.
