В помещении даже ветер становится дрожащим и тихим. Затылком я чувствую пристальный взгляд, уносящий в неизвестность. Он пришел в комнату совсем не таким, каким был известен мне в моей памяти - высокий, широкоплечий, темноволосый, лицо без выражения и улыбки. Этот человек заставляет меня чувствовать страх и незащищенность, даже когда он кажется спокоен и холоден как лед....
– Издевательства? – саркастичный изгиб брови говорит о том, что мужчина и вправду удивлен.
– А как это назвать?
– Наслаждение? – злорадная усмешка растягивается на губах бандита. – Подо мной женщины давно так не орали.
Тело начинает гореть от стыда. А еще оттого, что этот мерзавец так нагло сравнивает меня с другими женщинами.
– Это все против воли, – выплевываю с презрением.
– Перестань. Мы взрослые люди, и можем делать все, что захотим. Нам не нужно одобрение твоего папочки, чтобы потрахаться. А трахаться я люблю, – с довольством растягивает Демьян.
– Это отвратительно! – возмущаюсь я.
– Нет, малышка. Ты быстро втянешься. Все время будешь просить еще…
– Не будет такого, понятно?
– Будет.
– Нет!
Он больше не спорит. Спокойно возвращается к поглощению пищи."
"А меня распирает от возмущения. Но больше всего от того, что, кажется, Демьян прав. Мне хочется повторить это безумство, за что по телу прокатывается волна отвращения к себе.
– Ты не ответил, – напоминаю я.
Мужчина откидывает вилку в сторону. Похоже, его раздражают мои вопросы.
– Думаешь, твой папочка хороший человек? Я знаю о нем многое, поверь. И если считаешь, что полковник чем-то лучше меня, то ты сильно заблуждаешься.
– Ты врешь! Папа не такой!
– Тогда где он? Где, Аля? – тон бандита наполняется презрением.
– Может, ты просто не оставляешь ему шанса? – Демьян бредит. Того, о чем он говорит просто не может быть.
– Родители должны глотки грызть за своих детей! Отдать свою жизнь, свободу, если потребуется. Но твой не делает ничего.
– Это неправда!
– Я знаю, что ты звонила ему. Что он сказал, Аля? Пообещал забрать тебя? Сделал хоть что-то?
Становится не по себе. Отец, действительно, только орал на меня.
Пытаюсь вспомнить наш разговор, но все мысли смешиваются.
– Верно, Алевтина Попова, полковник не спешит тебе на выручку. И он ни чем не лучше меня. А я никому не позволяю совать нос в мои дела. Не стоит этого делать. Чревато последствиями.
Аппетит пропадает. Перспективы совсем не радуют. Мне придется проводить время в лапах чудовища, у которого на меня очень конкретные планы – до смерти затрахать.
Причем, по его мнению, я сама этого попрошу.
