Внутри главного входа кроется атмосфера элегантности и уюта, запахи свечей из пчелиного воска и лимонной мастики для полов заставляют дышать глубже. Здесь ветер несет с собой легкий парфюм матери и насыщенный одеколоном отца, брата и сестер.
Потому что именно так это работает со всеми, понимаешь? Все, с кем я живу, ты, дети, Лэйла и Кор, все домочадцы… У меня осталось бесчисленное количество незавершенных разговоров, партий в бильярд, в которые нужно играть, чтобы сравнять счет, и предстоящие обеды, и ночи дежурств. Все это до сих пор в процессе. Мы все где-то посередине, потому что живы. И в этой середине — сила. Сила, потенциал и какая-то странная, иллюзорная стабильность, которая кажется постоянной, даже если это не так, потому что любой из нас может умереть в любой момент.
Куин постучал по конверту в своей ладони.
— Когда приходит конец, туман привычек рассеивается, и только тогда мы видим, насколько редким и особенным было все, что считалось «между».
После минутного молчания мужчина неловко рассмеялся.
— Я несу вздор, да?
Блэй покачал головой.
— Нет, на самом деле нет.
Они оба глубоко вздохнули. Может, по этой причине, может по каким-то другим, в этом и заключалось самое приятное в жизни с любимым человеком. Часто, вы заворачиваете за один и тот же угол, даже если двигаетесь с противоположных сторон.
— Так что… — Куин снова постучал по конверту. — Что скажешь, если мы откроем… его вместе.
Когда разноцветные глаза посмотрели на Блэя, он сделал то, что хотел: положил руку на спину своего любимого и медленно погладил по кругу, в, как он надеялся, обнадеживающем жесте.
Существовали основополагающие вехи: роды, свадебные церемонии… и смерти. А также юбилеи, всеобщие гулянья, выпускные и новые начинания. И все же, некоторые из самых важных моментов в жизни были не менее значимы, не смотря на отсутствие предварительного уведомления и фанфар.
Сейчас был один из самых значительных моментов в жизни Куина, и он ждал, возможно, многие часы, когда Блэй придет домой и разделит его с ним.
Блэй хотел удержать слова при себе, так как все еще не понимал, на каком они этапе. Но чувство в центре его груди выбрало свой способ выражения… и он был самым обычным. Проверенным и честным.
— Я очень сильно тебя люблю, — прошептал Блэй надломлено.
Куин поднял руку — ту, в которой держал письмо, написанное его братом. И нежно провел тыльной стороной по лицу Блэя.
— Не плачь, — прошептал Куин.
— Я?
Куин кивнул.
— Я постараюсь пройти через это.
