Внутри главного входа кроется атмосфера элегантности и уюта, запахи свечей из пчелиного воска и лимонной мастики для полов заставляют дышать глубже. Здесь ветер несет с собой легкий парфюм матери и насыщенный одеколоном отца, брата и сестер.
Когда он поймал парня, запах горелой плоти и привкус металла достигли его носа, а потом он вообще не думал ни о каких запахах. Уложив мужчину на снегу, он проверил его дыхание, и понял, что парень не дышит. Потянувшись к плечу, Зи…
Черт, коммуникатора нет. Они же дома, а не на поле боя."
"Зи громко просвистел, срывая перчатки и прощупывая пульс на яремной вене. Слабый. Или… вообще нет? Рывком расстегивая парку Ублюдка, Зи опустил голову, удостоверяясь, что дыхания по-прежнему не было.
— Живи, только живи… — бормотал он, работая сложенными руками. — Да… да… да… живи…
Зи остановился, чтобы сделать два вдоха, хотя помнил, что Американская ассоциация кардиологов больше не рекомендует прямой контакт при искусственном дыхании, но он едва ли был случайным прохожим и не имел ничего против рот-в-рот.
Продолжая массаж сердца, он кричал:
— Эй! Братья! Фритц!
Зи не кричал «на помощь!».
И опять, дыхание рот в рот.
Вдох. Сильный выдох в безжизненные губы. Вдох. Выдох. Еще массаж сердца. И опять крик.
Господи Иисусе, что ему сделать, чтобы привлечь хоть чье-то внимание?!
Глава 14
В фойе особняка аварийное освещение включилось также внезапно, как и вырубилось, и Блэй приготовился увидеть парализованную мамэн и малыша с ужасными переломами, убитого горем Рофа и…
Где-то посередине лестницы перекосило буквально всех, и в центре находился Слепой Король.
Что все-таки упало? В самом низу лестницы валялась… любимая игрушка Рофа— младшего, золотистый пес почти в натуральную величину, его плюшевые лапы были раскинуты в стороны на жестком мозаичном полу.
Роф спас Королеву и своего сына.
А рядом с ним стоял Джордж, живой пес, он застыл и от паники судорожно дышал, словно понимал, что едва не случилась трагедия.
Когда все присутствующие облегченно выдохнули, Король прижал к себе своих любимых, и шеллан, и малыша, Роф-младший успокоился сразу, как поблизости оказалась его мамэн.
— Охренеть, — выдохнул Куин.
