В темном лесу среди грохота мелкого дождя и резких свистков низко поднявшихся туч, девушка чувствовала себя словно в ожидании большей утраты. Тонкие полоски света пробивались сквозь листву, создавая кромешную тень вокруг нее, отчего мир казался еще более сюрреалистическим и тревожным....
Нас внесли в чёрный список и запретили посещение административного корпуса.
А это может означать только одно — гильдию нам открывать не собираются.
Но отступать в мои намерения не входило.
— Я не уйду, пока не поговорю с мсье де Марроном, — твёрдо заявила я.
— Мы позовём жандармов, — прикрикнул на меня лакей и снова оглянулся на стражников. Те придвинулись ближе, ненавязчиво поигрывая алебардами.
Несмотря на мое пребывание в камере, их я не боялась. Арестовывать они права не имеют — только не пустить или задержать.
— С какой стати? — возмутилась я, не замечая собирающейся за моей спиной толпы. — Я всего лишь хочу поговорить с чиновником, отклонившим мою заявку, и по закону имею на это полное право."
"Не зря я изучала и зубрила королевские указы, лежа на уютном чердаке Ирен. Несмотря на то, что законодательного свода как такового в королевстве еще не было, указы весьма недвусмысленно обозначали рамки дозволенного.
— Позовите де Маррона! — уже громче проскандировала я, и собравшаяся толпа радостно подхватила речевку. Бездельникам за моей спиной не было никакого дела ни до гильдии, ни до администрации — поорать на центральной площади само по себе занятие увлекательное.
Несколько жандармов и правда появились, для контроля нарастающего беспорядка, но пока что не вмешивались. Никто ничего не громил, и я мысленно молила высшие силы, чтобы так и продолжалось, потому что второй раз в камеру мне не хотелось категорически. Лакей на крыльце попеременно краснел и бледнел, не готовый к подобному скандалу. Раньше, получая отказ, люди покорно уходили, не устраивая сцен и не требуя объяснений. Не повезло ему наткнуться на полоумную меня.
Но и мы с Ирен не для того столько времени пыхтели над уставом, чтобы нас завернули с порога, еще и облапошив на десять ливров. Хотя бы деньги, вложенные в предприятие, я точно собиралась вернуть.
То ли мсье чиновнику спешно доложили о несанкционированном митинге, то ли он сам меня увидел и услышал, — не знаю, на какую сторону выходят окна его кабинета, — но через пару минут он вылетел из дверей как ошпаренный и понёсся ко мне.
