Валерий Чистов, высокий и крепкий, шагает в гостиничный номер с уверенностью профессионала. Куртка его потертая и рыжего цвета, под лопаткой едва заметна кобура с пистолетом. Темная бейсболка на голове — он просто так двигается, не прячась. В руке — черный кожаный кейс. Сюжет драматичен, атмосфера острого напряжения и тайны висит над каждым шагом главного героя....
Мне шагу ступить не давала, по сто раз на дню ругались! Тетрадку даже завела — во сколько кормить, во сколько купать, когда памперсы менять, когда соками поить… У нее просто талант няньки!
— Ладно, Нина, поехали. На вокзал тебя отвезу, — сказал Пилюгин.
Галка в это время сидела в большой комнате на диване перед телевизором, и рядом с ней в коляске спал маленький Мишка. В комнату вошла Нина с чемоданом в руке.
— Я уезжаю, Галка, до свидания.
— Скатертью дорога, — не отрывая глаз от телевизора, ответила Галка.
— Никогда не думала, что племянница у меня злючка, как той-терьер! — усмехнулась Нина.
— Сами вы той-терьер! — выпалила в ответ Галка.
— А повежливей нельзя, дочка? — сказал из-за спины сестры Пилюгин. — А то я применю традиционные методы воспитания.
— Только попробуй!
Нина покачала головой и вышла из комнаты.
— Свинья ты, — сказал Пилюгин и тоже вышел.
Ни один мускул не дрогнул на лице девчонки — она смотрела на экран телевизора.
На столе на тарелочках были разложены красная рыба, ветчина, нарезанная кусочками селедка с луком, паштет, пирожные в вазе, пачки с разными соками.
Витька быстро и жадно ел и все время окидывал стол быстрыми глазками — чего бы еще съесть. Полина и Валерий смотрели друг на друга. Валерий курил.
— Ну, наелся? — спросила Полина.
— Нет еще… — ответил Витька, продолжая жевать.
— Ты чайку выпей, Витёк, чайку, — посоветовал Валерий. — А то жуешь всухую.
— Тебя что же, дед не кормил совсем? — спросила Полина.
— Да ну его. У него одно варенье… наготовил ужас сколько, а сам съесть не может. Вот он меня и кормил. И телевизор смотреть не давал.
Валерий рассмеялся, а Полина нахмурилась:
— А у Пилюгина хорошо было?
— Хорошо… только там маленький Мишка все время плакал, и они вокруг него все суетились. И я тоже… — с набитым ртом отвечал Витька.
— Какой Мишка? — спросила Полина.
— Ну, у него жена померла во время родов. А маленький Мишка живой остался… вот теперь они его воспитывают.
— Как померла? — оторопела Полина. — Что ты мелешь, Витька?
— Очень просто. Как наш папа умер, так и она померла… только во время родов… — Витька продолжал сосредоточенно поглощать вкусную ветчину.
— Ох, боже мой… — Полина испуганно смотрела на сына. — Когда же это случилось?
— Когда ты в тюрьме сидела. Дядя Миша даже плакал.
— Плакал?
— Ну да! Я сам ночью видел, — подтвердил Витька.
