Автор
В апреле 1904 года, в Тифлисе, мир рухнул после ужасного убийства посланника. Роман исследует эту ночь как точку отсчета, меняющей всю жизнь персонажей — от царских гвардейцев и дворцовых фавориток до простых тифлисцев. Атмосфера книги ощущается как сиеста в темном доме, где все знает обо всем и каждый думает о том, что они не знают....
Которая всем и заправляет. Самые спокойные – это те, где живут русские: Михайловский, Свято-Давидовский, Александровский, Новые Куки и почти весь Садовый. Грузины тоже народ спокойный, много хлопот полиции не доставляют. Поэтому Вера или Ваке – тихие места; разве что в духане кто спьяну подерется. Вот армяне с татарами – те да.
– Татары – Базарный участок, там, где Майдан? – уточнил питерец.
– Да, а еще их много в Харпухе.
– Татар в городе всего ничего, а преступлений они совершают чуть не половину от всех, – вставил Снитко.
– Каких? Грабежи?
Полицейские заговорили все сразу, но потом Ковалев взял верх:
– Грабежей у нас в Тифлисе почитай что не бывает. За городом опасно даже днем, увы. А в самой-то столице мы приглядываем. Татары – они укрыватели. Со всего Кавказа дружки-разбойники свозят сюда добычу. Значит, скупка, обслуживание лихих гостей, снабжение необходимым, изменение внешнего вида приметных вещей, сбыт, содержание притонов и подпольных ломбардов. Многие разбойники неделями живут в Тифлисе.
– Изредка случается и людоворовство, – вставил помощник пристава.
– За выкуп?
– По-разному. Когда за выкуп, когда для-ради шантажа. А то берут заложников из враждебного рода.
Лыков только головой покачал.
– Все с татарами? Давайте про армян.
Тут заговорил околоточный:
– Этих полгорода, и преступления у них разнообразные. Я вот слежу за Куками. Как уже сказал господин полицмейстер, Куки делятся на две части: Новые – русские, и Старые – туземные. В туземной имеется такая слободка, называется Шантах. Переводится как Собачья…
– Погодите, Парамон Иванович, – перебил Гайдукова питерец. – А вот на краю Авлабара тоже есть Собачья деревня."
"– То другое. Там одни псарни, а криминала никакого нет. Но Шантах – место особое.
– Специализация, – подсказал Снитко.
– Во! Есть домушники, есть карманников аж четыре шайки, которые между собой город поделили. Вокзальные воры сидят в Антониевской.
