В мрачном подземелье, где воздух свеж, как сырое молоко, Тэсса пробуждается от жутких сновидений о пожарах и ужасных потоках воды. Утро приносит лишь слабый кипяток из кофемашины, помогая ей справиться с ночной паникой и страхом.
В алом шелковом халате Холли Лонгли стоял на лужайке перед домом и поил молоком пикси, захвативших его смешной электромобиль.
— Почему босиком? — спросила Тэсса, почтительно поддерживая Йена под локоть.
— Впитываю утреннюю росу, — торжественно сообщил Холли.
— Пятками? — усомнилась она. — Призрака накормил?
Холли только высокомерно поджал губы, оскорбленный предположением, что он мог забыть про Теренса Уайта.
— Призрак — это метафора? — кротко уточнил Йен, вытягивая шею и заглядывая через стекло в машину.
— Вся наша жизнь — сплошная метафора, — провозгласил Холли и, кажется, только сейчас заметил профессора: — А вы кто?
— А я, голубчик, прибыл к вам расследовать убийство…
— Нет-нет! — неожиданно закричал Холли и даже руками замахал: — Слышать ничего не хочу! Мне нужны позитивный настрой и сияющая аура!
— Что ему нужно? — переспросил Йен.
— Аура, — ответила Тэсса, — пойдемте лучше в дом, профессор.
Сумрачный Фрэнк сидел на крыльце. При виде подошедших глаза его сердито сверкнули, и он молча ушел внутрь.
— А этот чего? — заинтересовался Йен.
— А ему молока не досталось, — засмеялась Тэсса и толкнула дверь.
Одри бешеной кошкой налетела на нее.
— Шериф Тарлтон, — завопила она, потрясая какой-то бумагой, — я подаю жалобу на этого придурка!"
"— На какого именно? — уточнила Тэсса и выдернула из ее рук листок, пытаясь прочесть неразборчивые каракули: «Придурок Джеймс Стюарт причинил мне нравственные страдания путем словесных оскорблений».
— Тэсса пришла? — заорала с кухни Фанни. — Спросите ее, блинчики или омлет она хочет?
— Ну зачем там кричать, — сонно проворчала Мэри Лу, которая вместе с Вероникой Смит спала на диване. — Рано же еще!
— В мое время пекари вставали до рассвета, — процедила невыносимая Бренда, спускаясь со второго этажа с Жасмин на руках и Артуром, цепляющимся за подол ее цветастого платья.
— В ваше время люди жили в пещерах, — меланхолично съязвила Камила Фрост.
— А вот профессор Гастингс вам все объяснит, — посторонилась Тэсса, пропуская вперед Йена, — только накормите сначала человека завтраком.
— Йен Гастингс, — ощетинилась Камила, сложив руки на груди, — это не человек, это инквизитор.
— Я рад, что молодежь помнит старика, — поклонился Йен.
